— Не мне. Это мнение другого полковника. Из смежной организации. В адрес всей без исключения системы МВД, частью которой являетесь вы. Судя по форме, которую носите.
— Смежная организация не во всех вопросах всесильна, — чуть напрягается полицейский. — Так это ветер оттуда дует?
— Вы же понимаете, что затрагиваете сейчас моменты, которые лично к вам не имеют никакого отношения. Не сочтите за невежливость, но для меня наш с вами разговор — пустая трата времени. Если это — всё, что у вас было… — не заканчиваю фразы, вопросительно глядя полковнику в глаза.
— Недооценивая сложившиеся балансы сил в обществе, можно очень здорово споткнуться, — аккуратно подбирает слова мой собеседник, не отводя взгляда. — Да и человек живёт не в вакууме: у каждого есть…
Кто есть у каждого, не дослушиваю, поскольку по контексту и так понятно: дядя «добирает» значительности, пытаясь как можно больше «выяснить об обстановке» (говоря языком Саматова).
У полиции есть какие-то сложившиеся алгоритмы и процедуры, видимо, в данном случае мною нарушенные.
С наскока восстановить привычный порядок событий у них не вышло, потому имел место тайм-аут.
Итогом их анализа, стал визит этого джентльмена. Явно пытающегося прояснить ситуацию на своём уровне.
Как могу, обозначаю тоном деликатность, перебивая полковника:
— Посмотрим. У меня другое мнение. Вы просто привилегированные бездельники. Которых народ сейчас заставит работать. Я не о вас лично, я о всей системе. И знаете… давайте оставаться в рамках действующего законодательства, как говорит ваш министр. И можете полагать это не просто моим личным пожеланием.
Министр внутренних дел попал в… хотелось сказать, «в переплёт», но нет: пока не понятно, куда именно он попал.
Сейчас, в свете наличия сразу пары первых руководителей в стране, многое по-старому уже не работало: прошли времена.
По-новому, правда, оно пока тоже не работало: «участники политического рынка» присматривались друг к другу. Попутно, они пробовали друг друга на прочность и испытывали новую «систему» на гибкость: ещё недавно ситуация для политической элиты (министр МВД очень любил именно эту формулировку первого президента) была равноценна монархии: что ноль-первый говорит, то и делается. По возможности. Ну или имитируется, что делается…
Сейчас же, ноль-первых стало двое. Вернее, к ноль-первому добавился ноль-второй, но это несущественные детали.
Главное — гражданское общество (а эту формулировку министр подсмотрел уже у ноль-второго) двигалось стремительными шагами к чему-то новому. К чему — пока не ясно.