Ирина глубоко вздыхает, потом кивает в сторону «близнецов», стоящих у двери, и продолжает:
— Суммируем… Что задержан — ты знаешь… Сам признал… документы у тебя на столе… За два часа… искать даже не собираешься… не звонил, никому не приказывал. Фактическое время задержания узнаем из видеозаписи. Но оно явно больше двух часов, так как есть смска, которую… кинул, когда вы его в отдел везли… с фотоотчётом, когда автобус сквозь ворота проезжает. Время зафиксировано. Плюс ваша камера. Это — покушение на незаконное лишение свободы, Сериков.
Ирина снова глубоко вздыхает и дальше продолжает совсем безэмоционально:
— А я сейчас трачу на тебя самое дорогое, что у меня есть.
— Время и силы, что ли? — безразлично дёргает плечом полковник.
— Нет. Подписанную санкцию спецсуда без даты.
Ирина фотографирует какую-то гербовую бумажку телефоном, со своего места не вижу подробностей. Потом отправляет фотографию по ватсаппу, через полминуты смотрит в экран и говорит:
— Ну вот. Лично ты санкционирован семь минут назад.
Мои вещи мне не отдают. Ирина, придерживая меня за рукав, отстаёт вместе со мной от остальных в коридоре, и говорит:
— Саш, твои вещи мне нужны. Для дела. Там есть что-то важное, без чего тебе сейчас никак?
— Ну, ключи ладно, есть дома. — думаю вслух, — Пропуск дадут новый. Мобил точно нужен?
— Да. Мобил через Олега передам завтра, извини, — наедине Ирина превращается во вполне адекватную и даже где-то человечную.
Неожиданные метаморфозы. Раньше не сталкивался. Впрочем, сколько мне лет.
— Ещё мой бумажник.
— Про бумажник не переживай. Все деньги пересчитаны, всё вернут. Также через Олега.
Как я сейчас понимаю, она имеет в виду Бахтина.
— У меня сейчас в карманах ни копейки, — рассеянно охлопываю себя по одежде, пытаясь понять, как сейчас добраться домой.
— Ясно… Держи, — Ирина, достаёт из внутреннего кармана кителя две банкноты достоинством одну и пять тысяч и, не глядя, даёт их мне. — Я возьму у Олега, ты отдашь ему. Хорошо?
— Конечно.
— Тебя подбросить? — спрашивает она, когда мы выходим через турникет на улицу.
Возле турникета, что интересно, стоит не сержант полиции, а один из «близнецов Бахтина».
— Спасибо, я сам, — открещиваюсь обеими руками под смех Ирины.
Ирина скрывается в каком-то автобусе с закрытыми непрозрачными стёклами, который отъезжает сразу после того, как она поднимается в его салон.
Я выхожу по аллее на трассу и понимаю, что нахожусь в двух километрах от дома. Просто с другой стороны от озера.
Решаю прогуляться домой пешком. Впечатления хоть и не самые яркие в моей жизни, но и не сказать, что очень привычные.