— Я абсолютно не в курсе ни о каких действиях своих опекунов, более того, это один человек и женщина. — говорю, глядя в глаза Саматову. — Плюс, я самостоятельное лицо. Поставьте себя на моё место. Вы бы сейчас куда-то поехали?
— Что тебе не даёт этого сделать? — Сарматов спокойно отзеркаливает мой взгляд в глаза и вопросительно смотрит на меня.
— У КЛИНИКИ какой-то странный тип просил проехать с ним. Я отказался, После этого он бросил в окно, что я опрометчив по отношению к близким. Того типа среди этой тройки нет.
— Понятно, — кивает Саматов. — Звони опекунше. Заявку на твою охрану инициировала она. Пусть отменит. Если тебе это не надо.
Набираю Лену, ставлю телефон на громкую связь, чтоб Саматов тоже всё слышал. В двух словах объясняю ситуацию.
— Мелкий, езжай, куда говорят, и делай, что скажут, — командует Лена в ответ. — Я почти в курсе. Это Котлинский подсуетился, не хочу детали по телефону. Котлинский в курсе, что это может быть, через Бахтина подал заявку. Мне он позвонил объяснить подробности, так как не знает о твоей эмансипации. Ты ему что, не говорил?
— Да как-то к слову не пришлось, — киваю в ответ.
— Ну вот. Спроси только своего Саматова, они тебя сейчас на сто третий объект повезут общаться или нет?
— Да, — говорит Саматов через моё плечо.
— Да, — дублирую в трубку.
— Я туда подъеду. Попроси Саматова, чтоб меня внесли в список сопровождающих тебя лиц. И пропустили внутрь.
Саматов молча опускает веки и кивает.
— Пропустят, сказал, — говорю в трубку перед тем, как отключиться.
Ещё через полминуты мы покидаем мой двор, необычно пустой в середине дня, прихватив с собой живого «гарпунёра» и оставив пару других прямо на асфальте.
— Мы имеем право на оперативно-розыскные мероприятия в рамках возложенных задач, — поясняет Саматов в машине по дороге. — Сейчас нужно понять кто они и откуда, — кивает он на сидящего на переднем сидении пассажира. — Плюс, понять, кто был четвёртый. Вернее, первый, который подходил к тебе у КЛИНИКИ. И как они связаны. Это первое и главное.
— Эту работу лучше всего выполнять, когда объект однозначно в безопасности и под надёжным присмотром, — белозубо улыбается в зеркало заднего вида с сиденья водителя Араб.
— А объект — это я? — спрашиваю Араба, но отвечает Саматов:
— Точно. Объект — это ты. Котлинский каким-то образом через Администрацию Президента оформил срочную заявку нам на взятие под охрану тебя, как редкого специалиста, уникальные навыки которого могут представлять государственную важность.
— А как вы так быстро сориентировались и подъехали?