Что? «Гарин и гиперболоиды»? Даже я знаю, что так называлась личинка группы «Кино». Хотя, о чем это я? Не даже я, а только я и знаю. А в это время уже началась баталия по поводу песни.

— Миш, скажи им!

— Что сказать?

— Что вот это «Пейте пепси-колу! Пейте кока-колу!» нам петь не разрешат. Заискивание перед Западом.

— Так там дальше нормально: «Не сидите дома, посещайте школу! Пейте кока-колу! Пейте лимонад!» Корчага, ты как, за меня?

— Я за здравый смысл. Вы слышали, там одна электроника же. Вот ты вытянешь на синтезаторе все партии? Давай лучше «Алюминиевые огурцы» послушаем.

— Чего?

— Ну у тебя там что дальше идет? Ты же говорил, вся сторона кассеты добита «Гариным и гиперболидами».

— А ты знаешь эту группу?

— Слышал.

— Слышал её или про неё?

— И то, и другое. Из Питера пацаны, чуть постарше нас. Наверняка у тебя про огурцы тут песня есть. Весёлая. Если твой мафон не сдохнет в процессе проигрывания.

— За мой аппарат не боись: всё, что могло там сломаться, уже давно сломалось. Осталось только монументальное и бессмертное. И он это, он теперь не проигрывает, он всё время выигрывает!

— Ага! Советские часы «Полёт» самые быстрые часы в мире! — Крикнул из зала Слон.

— Тебя, Сериков, не спрашивали!

— Хорош бузить уже! Антоха, ты можешь это подключить к усилку?

— А смысл?

— Хочется прикинуть, как может звучать то, что мы попробуем украсть. Если решим украсть что-то из творчества молодых авторов.

Точка в споре была жирная, такая жирная, что в чернилах чуть не утонул весь наш коллектив. А кто поставил точку? Виктор Цой незримо пришёл в наш актовый зал, просипел свою «Восьмиклассницу» и всем стало ясно — украдем! И «Алюминиевые огурцы» тоже!

— Блин, там же три аккорда всего! Элементарно, Ватсон. И голоса у пацанов нет. Воруй-не-хочу! Все пишем аккорды, песни берем. — Распоряжался гордый владелец немёртвого магнитофона и добытчик кассеты с первыми записями местами культовых групп.

А чего их писать-то? Я эти огурцы в руках восьмиклассницы играл чуть больше, чем сто раз. и тексты наизусть знаю. Так что просто оторвал задницу от кресла в первом ряду, вылез на сцену, преодолев заветные три ступени мастерства и взял в руки гитару. Потом кивнул Антону, встал к микрофону и… Ну да, просто исполнил эти несложные песни, многажды спетые и под гитару, и в караоке. Это же Цой, а не Градский с Магомаевым. Наступившая в зале тишина была ответом мне.

— Это что, один раз послушал и готово?

— Да ну, я эти записи уже слышал.

— Ага, в деревне! — Мстительно прошипела Ирка. — Как что непонятно, сразу деревня всплывает. Какая там насыщенная жизнь у тебя была, Корчагин. Иной за десять лет столько не успевает, сколько ты успел всего увидеть и попробовать в своей деревне.