— Товарищ полковник, вы же знаете — все нормально. Залетов ни у меня лично, ни у моих подчиненных, о которых вам не известно — нет. Все остальное в пределах нормы. — Сказав это все, я замолчал, ожидая ответную реакцию командира, и она последовала.

— Расслабься капитан, это так для затравки. Основной разговор впереди. Присаживайся, сам знаешь, в ногах… — и указал на ряд стульев у стены кабинета. — Как ты смотришь на продолжение службы за рубежом?

— Сугубо положительно… даже с восторгом. Только четыре года не прошло после замены.

— Ну, это не твоя забота.

— А куда товарищ полковник?

— Куба капитан, что скажешь?

— Великолепно, что еще можно сказать. Тепло, светло…

— Значит, по рукам. Поедешь на два года. Разрешено взять семью, чувствуешь?

— Так точно! Очень чувствую!

— Иди в строевой, начальник даст тебе и всей семье направление на медкомиссию. Пройдешь быстро, у тебя же жена… Как сдашь медкарты, ожидай вызова. Да что я говорю, тебе-то не впервой. Предупреждаю, заменяешь начальника разведки артдивизиона гаванской бригады. Это тебе мое командирское спасибо за службу! — С этими словами он встал из кресла и крепко пожал мне руку.

Получив на руки справку, что я и моя семья не имеет противопоказаний против жаркого и влажного климата, и сдав ее строевику полка, начали ждать вызова. Быстро, буквально через два месяца пришла телеграмма в полк из ГУКа МО.

Благополучно пройдя собеседование у ЧВСа округа, собрали вещи и поездом двинулись в Одессу, откуда судном три недели со многими другими такими же счастливчиками, через Канарские острова, добирались до Гаваны.

Еще на судне, от скуки начал учить испанский, который после немецкого давался легко. И не зря…

Прямо на причале, у сходен корабля, командир дивизиона пообещал, что если через полгода не сдам экзамен по языку, то вернусь в Союз. Экзамен я сдал через три месяца на отлично.

Большим откровением для меня было то, что уставную форму носили только срочники. Офицеры и прапорщики поголовно ходили в форме различных иностранных армий,которую без проблем получали на кубинских складах. После недолгих размышлений выбрал себе полевой камуфляж ЮАР, хотя сменщик мой оставил несколько комплектов армий Никарагуа и Анголы.

Огромным плюсом новой должности было то, что ты как бы сам себе голова, поскольку выполняемые задачи немного другие, хотя ты и работаешь на общий результат.

Немного вникнув в специфику новой для меня службы, понял что у каждого начальника разведки она проходит очень индивидуально. Изучая рабочую тетрадь сменщика полученную в секретке догадался что ему и подчиненным ему разведчикам не раз довелось участвовать в разных хитрых делах. Несколько раз он побывал в Анголе. Так вот откуда у него ангольская и никарагуанская полевая форма!