— Это уже далеко не первый вариант конструкции. Как видите вместо одного центрального как на прицепе Mono Wheel Trailer для танка «Центурион», мы применили двухколейное расположение, также как у израильтян, но вместо одного колеса применили обойму из трех, которые позволяют без особых трудностей преодолевать как неровности рельефа, так и небольшие преграды.
— Бум посмотреть, как говорят в Одессе. Если идея выгорит. То попробуем сделать что-то подобное для танкового батальона.
— Уверен, выстрелит!
Когда наш инспекторский обход подошел к концу Матвей Степанович решил зайти с другой стороны:
— У вас явный организаторский талант Николай Макарович, думаю вы вполне потяните должность начарта полка.
— Честно говоря, у меня несколько другие планы…
— Понимаю… Должность начарта подполковничья, а вы уже достигли этого звания, казалось бы перспектив никаких, поэтому и манит вас академия… Какая кстати?
— Фрунзе…
— Логично. После артакадемии максимум что светит это генерал-майорские погоны. А так общевойсковых армий у нас втрое больше чем остальных, есть смысл потолкаться локтями.
— Как-то так…
Фрагмент 6
г. Коломыя
Стрельбище
22 мая 1981
среда
Сегодня взвод обеспечения вместе с медпунктом дивизиона в полном составе, исключая одного сержанта, накануне попавшего в санчасть полка, прибыли на стрелковый полигон. Стрелять должны были по бегущим мишеням из положения лежа. Но выполнение упражнения не начинали: пошел мелкий противный дождь. Чтобы не ложиться на успевшую отсыреть землю, послали несколько солдат к старшине за брезентом.
Личный состав был выстроен у бруствера, и перед солдатами стоял прапорщик Валентир, недавно принявший над ними командование.
— Меня спрашивают, — начал он, поправляя под погоном ремень портупеи и дергая при этом плечом, — меня спрашивают… Первое отделение, в чем дело? Встаньте как положено!
Командир первого отделения, он же замкомвзвода, стоявший рядом с прапорщиком, негромко, только для него, произнес:
— Брось, кусок.
— Не пиз…и под локоть, — тоже тихо огрызнулся прапор и повысил голос: — Первое отделение! Сержант, наведите порядок! Кто разрешил курить в строю? — снова тихо спросил Валентир.
— Я разрешил, — так же тихо пояснил сержант.
— Меня, повторяю, спрашивают, почему стреляем одиночными? А потому… — тут он сделал паузу и начал поправлять портупею, — а потому, что очередью бегущую мишень подобьет любой. Это условно говоря. А если вокруг враги и патроны на исходе? Вам парни не довелось быть на войне…
— Тебе довелось — опять тихо буркнул сержант.
— Довелось сержант! — Уже не сдерживаясь, во весь голос ответил Валентир.