Полгода спустя и я отправился к восточным берегам Африки на корабле, который шел туда две недели. Пока плыли, удалось узнать что это его постоянная работа, он в середине месяца отходил от причала в Гаване, чтоб закинуть в Анголу свежую смену войск, забирал тех кто отарабанил три месяца и шел назад на Кубу.
В полевой лагерь кубинских войск мы добрались без происшествий, уже ближе к вечеру. В нем дислоцировались три разведроты из состава сухопутных сил революционной армии Кубы плюс артдивизион Д-30, с кубинским личным составом. Сам лагерь, когда-то был предприятием по переработке сельскохозяйственной продукции, где на довольно просторной территории вольготно располагалось несколько длинных легких дощатых зданий и пару таких же каменных. Как и в любой воинской части любой армии мира тут был плац и вполне приличный спортгородок.
Но самое главное — оно располагалось на довольно высоком холме и за хоть и невысоким, но все таки приличным каменным забором, где по всему периметру были оборудованы хорошо защищенные огневые точки и позиции. В случаи обстрела опасны будут только минометные разрывы, а пули пройдут выше.
Местность здесь, на севере Анголы, за исключением узкой прибрежной полосы, идеальна для партизанской войны. Много мангровых болот вдоль устья реки Конго, леса и саванна в треугольнике Бембе, влажный лес от Кармоны до реки Кванза и страну саванн на восток и запад от гор вокруг Кандулы и Намбвангонгу. Очень благоприятствовало партизанам и то, что эти края по обе стороны границы заселяет народность баконго — в основном именно ее представители и составляли основу сил УНИТА. Если посмотреть на север-восток с крыши самого высокого здания нашего лагеря, то можно легко различить темную полосу джунглей, тянувшихся до самой границы с Намибией, где хозяйничала ЮАР.
Кубинцы здесь уже располагались на протяжении долгого времени и хорошо обжили место. Да и порядок в округе навели. До их прихода здесь очень вольготно чувствовали себя боевики УНИТА и другая криминальная шваль, с которыми власти сами не могли справится. А кубинцы в течении пары месяцев зачистили округу и теперь сюда никто не совался. Постоянно в лагере находилось три разведроты с разных кубинских дивизий и менялись они раз в месяц. То есть одна рота уходила, вместо нее приходила новая и в лагере всегда было две трети личного состава знающих местные условия и обстановку, а вновь прибывшие, на их фоне, плавно и спокойно вливались в боевые будни. Через месяц прибывала следующая рота и опять в лагере преобладали опытные и знающие подразделения. Основным занятием рот была контрпартизанская борьба. Каждую неделю, а то и раз в три, четыре дня из лагеря в рейд, в джунгли, уходили группы по 12–15 человек для поисков и уничтожения баз и лагерей боевиков. Уходили, как правило, на неделю, возвращались, отдыхали, приводили себя в порядок и снова в рейд. Эта была хорошая практика и наработка боевого опыта для кубинских разведчиков. Если они находились здесь по три месяца, то руководство лагеря и контрразведчики работали по полгода.