После этого свиста и грохота, наступила прямо таки звенящая тишина. С трудом перелез кусок уцелевшего забора и подошел к машине бледный и вымазанный в мокрой грязи Сулимов, оглядывая небо и не веря в чудесное спасение. Он стал, молча, мыть в рядом протекающем ручье руки.Оказывается в него заехал наш БТР, а не в ямку. На гребне холма, рядом с ЗСУшкой дымились гильзы от ее снарядов. Наконец оцепенение прошло, и мы вспомнили о солдате с автоматом. Его нигде не было видно. Сулимов с Махамбетом почти побежали вдоль дороги, заглядывая за уцелевший забор и осматривая каждый куст. Солдата нашел Сулимов. Тот лежал лицом вниз возле забора, заваленный упавшими камнями и разным мусором, не подавая признаков жизни. Володя склонился над телом, волосы солдата слиплись на затылке и были в крови. Махамбет быстро разбросал камни, Сулимов, видимо боясь увидеть изуродованное лицо, осторожно начал переворачивать солдата на спину. Он с трудом открыл глаза, его мутный, безразличный взгляд выражал только одно — будто он уже успел встретиться с кем-то с самого верха, побеседовать о своих благих делах и прегрешениях, и теперь, покорно ждал решения своей судьбы. Окинув нас мутным взглядом, вновь устало закрыл глаза. Махамбет сбегал к ручью и принес в своем засаленном шлемофоне воды и акуратно вылил ее на лицо солдата. Парень застонал, вздрогнул и открыл глаза, взгляд был уже не блуждающим, а более осмысленным. По лицу пробежало некое подобие радостной улыбки, будто он, и впрямь, попал в рай и действительно воочию увидел там ангела.
Прибежавший от комбата сверхсрочник медик, осмотрев пострадавшего, успокоил — серьезных ран и повреждений нет. Обработал раны, перевязал и увел к БТРу.
Фрагмент 17
Но это были еще не все события, которые произошли у ручья под холмом. В самый разгар боя с самолетом противника, появились наши истребители. Неожиданно, ближайшая к нам «Шилка» дала залп и сбила один из наших истребителей. Из-за пыли наводчик «Шилки» наводил по отметкам на индикаторе кругового обзора радара и без системы опознавания «свой-чужой», допустив трагическую ошибку. Я выдал в радиосеть зенитчиков такой загиб, что проняло наверное до небес. «Шилка» перестала крутить башней, подняв стволы вверх и только антенна радара двигалась — оператор продолжал следить за воздушной обстановкой.
Тем временем другой наш истребитель зашел в хвост «Юнкерсу», и огненные трассы прошили его фюзеляж. Он попытался ускользнуть — заложил разворот, давая своим бортстрелкам возможность эффективнее вести огонь. Они не жалея патронов отстреливаются, но нет, уйти ему так и не удалось — сверху на него свалился еще один наш самолет, ведя при этом непрерывный огонь. Это дало желаемый результат — «Юнкерс» задымился, вспыхнул и полого пошел к земле. Хорошо нам с земли было видно, как из него выбрасывается экипаж и спасается на парашютах — тут внизу его уже ожидают и приготовили горячую встречу. В следующую секунду наш летчик, который атаковал «Юнкерса» сверху, сам попал под огонь бортстрелков двух других бомбардировщиков, перехвативших его при выходе из атаки своим пулеметным огнем…