— Что за помещение?
— Старый сарай при кузнице. Кузница не работает с начала войны, но сарай целый. Каменный, с чердаком. Хозяин — мой знакомый, держит его для себя, но сейчас готов сдать. Там можно и людей разместить, и работать, и встречи проводить. Не в пример лучше, чем у меня.
— Почему сам там не работаешь?
— Далеко от моего района. И… мне не нужно столько места. Мне нужно вот это, — он обвёл рукой комнату. — А тебе — нужно.
— Кто ещё знает про это место?
— Хозяин и я. Больше никто.
— А хозяин? Кто он?
— Надёжный. Я его давно знаю. Он не из ваших, не из подполья. Но не выдаст. Ему тоже есть что терять: семья в городе, жена, двое детей. Проблем он не хочет, но и помочь не прочь — чтобы оккупантам в городе неповадно было. — Дудник понизил голос. — Летом, у родни в деревне, трое солдат сунулись к его дочери. Он их собственноручно удушил. Концы — в болото. Кроме меня, об этом никто не знает. И ты не знаешь, понял?
— Понял.
А вот это было уже кое-что. Терять место у Дудника мне не хотелось. Но с тем, что у нас уже было, места здесь реально не хватало. Да и подставлять его не хотелось. Вообще никак.
— Как его зовут?
— Э, не так быстро. — Он завёл руку за голову и почесал затылок. — Сначала мне нужен твой ответ. Ты согласен съехать со своими людьми?
Я подумал. Помещение с двумя выходами — это уже совсем другое дело. Если там можно и жить, и работать, не мешая друг другу и не подставляя Дудника с Карлом… это решало много проблем.
Но были и вопросы. Новый человек — новый риск. Хозяин сарая мог оказаться кем угодно. Мог кому-нибудь передать. Мог проговориться. Мог сдать при первом же давлении.
— Познакомишь, — сказал я. — Но у меня условие.
— Какое?
— Хозяин знает только то, что ему нужно. Ни имён, ни того, чем мы занимаемся. Пускай думает, что мы просто прячемся от немцев.
— Это само собой, — кивнул Дудник. — Лишнего он и не спросит.
— И ещё. Мы уходим отсюда — значит, Карл остаётся один. Придёт проверка — прятаться ему придётся самому, без лишней пары глаз у двери. Ты это понимаешь?
— Карл не дурак. Справится. Три месяца справлялся.
— Ладно. Когда идём?
— Сегодня вечером, до комендантского часа. Познакомлю тебя с хозяином, покажу помещение. Если подойдёт — договоритесь.
— Договорились.
Дудник встал. Я тоже поднялся. Он открыл дверь и вышел первым. В мастерской Карл всё ещё возился у верстака. Я посмотрел на него: немец работал сосредоточенно, не обращая на нас внимания. Или делал вид, что не обращает.
— Дудник, — я остановил хозяина у двери. — Можно с Карлом поговорить? Наедине?
— Опять? Зачем?