Хозяин кивнул.

— И пропитаю, и высушу, и волшебнице покажу, чтобы подтвердила, что всё сделано как надо. На просто посмотреть-проверить и слабенькой учёной травницы хватит…

Анна вздохнула. Понимала — заказы уйдут из семьи. Этот вот живчик и себе пропитает полки, и всем соседям, и продавать жирнеустойчивое дерево для оборудования подвалов начнёт. Но… она сама и её дочери уходят — скорее, возвращаются — в коллегию механиков. Немайн тоже не до жирней будет. Потому… пусть их. Только…

— А вот с серой лишнее не играйтесь, — сказала она. — Без меня или без Немайн не надо. Может плохо кончиться.

Эйра поняла правильно: Церковь осудит. Хозяин понял правильно: и большим людям надо оставить кормление, они и так хорошо с меньшими поделились, с травницами местными и с ним самим. Немайн тоже поняла правильно.

— Чревато, да, — сказала она. — Надышится ещё кто отравой до смерти или болезни, объясняй всем потом, что сам виноват. Так что — известь, в самых сложных случаях — обрабатывайте негашёной. Тоже не без осторожности.

Негашёная известь штука тоже небезопасная, зато, в отличие от серы, хорошо всем местным знакомая. Тут вся страна под тонким слоем плодородных почв и торфяных болот состоит из известняка и угля чуть менее, чем полностью! Но вот как-то не додумались ни бритты, ни средиземноморские римляне брёвна известковым молочком пропитывать, или землебитные укрепления им же поливать.

А, между прочим, зря. Деревянные клети временных фортов, что не успевали одеться камнем, сгнивали, и в один прекрасный день, обычно — после дождика, укрепление просто съезжало в собственный ров — вместе с защитным частоколом, а часто и заодно с башнями и воротами.

Починить такое, конечно, недолго и недорого, но вдруг именно в этот момент враги нападут? Или начальство вздумает провести инспекцию?

В общем, полученные серебряные монеты Анна честно положила в кошель, а вот от угощения отказалась. Нет, припасы были не порченые — сама просмотрела, просто римская августа, пусть и притворяющаяся всего-лишь девой сенаторского рода, её помощница и ученица, и целый биарх agens in rebus не могут питаться оставшимися от жирня объедками!

Над речкой, что лениво текла коричневой, почти чёрной болотной водой, возносил могучие быки мост, на который неторопливо поднимались три всадницы.

— Гладнир, — кивнула Эйлет вниз. Потом сообразила, что Августина не поймёт, уточнила, — Гладиус Нигер. Чёрный меч. До Гладии Гемини, выходит, рукой подать. Он там сливается с Гладальвом, Гладиусом Альбой, Белым Мечом. Там интересно должно быть: прозрачная вода перемешивается с… вот такой.