— Командир, у нас проблема! — крикнул один из преторианцев вслед уходящему протектору.
Лорд Рамиро остановился и обернулся. Чувствуя его взгляд в спину сеньор Марк сделал паузу — звучно сглотнул, вздрогнув, но не обернулся и продолжил осенять меня странным жестом, вновь заведя свой речитатив.
— Арбитр Марк Конради, — неуверенно произнес один из преторианцев, показывая протектору на стоящего передо мной на коленях человека. — Он выглядит как несущий ересь.
— В Арагоне нет несущих ересь, — после недолгой паузы произнес лорд Рамиро не глядя на арбитра, развернулся и пошел дальше вперед, унося тело моей мамы.
— Претерпевший же до конца спасется! — повысил голос сеньор Марк, выглядевший сейчас настоящим безумцем. Оглушив до звона, рядом с правым ухом раздался выстрел — комбинированный заряд тяжелого штурмгана преторианца снес фигуру передо мной, сломав и отбросив тело на стену, где осталось вязкое кровавое пятно.
Сорванное со спины оружие было закинуто обратно, меня повели дальше вперед. Проходя мимо сеньора Марка один из преторианцев бросил небольшую капсулу на тело, мгновенно объятое всесжигающем голубым пламенем, оставляющим за собой только прах.
Окончательная смерть вместе с плавящимся в очищающем огне квантом души — преторианцы не только хранят патрициев и устои Республики, они наделены правом искоренять ересь.
На парадной лестнице мы разошлись — Рамиро понес маму вниз, в семейную крипту, а преторианцы повели меня наверх, на посадочную площадку. Ни одной нашей черной вдовы и стражей Сангуэса по пути я так и не увидел.
Боль от ожога печати Рамиро пока не ушла, но она ни шла ни в какое сравнение с совершенно новой болью в душе от невосполнимой потери. Преторианцы вели меня в неизвестность, а я сосредоточился только на том, чтобы не заплакать.
Вчера был хороший день, оставивший лишь приятные воспоминания, а сегодня очень плохой, но давший мне два важных совета на ближайшее будущее — молчать и терпеть.
Путь в интернат-инкубатор Кальдерона занял целый день. Из замка Сангуэса на орбиту, оттуда звездными вратами к планете Уэска — водный мир, дальше спуск в атмосферу в облачный город и пересадка в суборбитальный челнок, где в рассчитанном на сотню пассажиров салоне расположились только мы втроем с сопровождающими преторианцами.
Ни одного иллюминатора не было, но на информационном экране сиденья передо мной отображался маршрут полета — поднявшись по параболе в верхние слои атмосферы, мы уже спустились вниз и пробив вечный туман приводнились у огромного серебристого кольца на поверхности — надводной части аквариума Рибагорса, подводного мегагорода для охлоса, на дно которого уже быстро погружались.