Юноша вспомнил недавний разговор с товарищами и улыбнулся.
«Точно! Техники! Нынче их очень ценят. Я знаю немало таких, что будет не жалко отдать, даже если они потом попадут в плохие руки.»
Мирослав приступил к работе. Он потратил целый день, но по итогу на руках у него было целых три тома, в каждом из которых содержалась одна полная техника, адаптированная для хвостатых, и также пояснения по её освоению. Поначалу юноша думал написать старомодным слогом, а потом искусственно состарить записи. Но решил, что на аукционный дом явно работает умелый оценщик, который наверняка раскроет его махинации. А если сама книга подделка, то доказать подлинность техники будет проблематично. Так что Мирослав решил действовать иначе. Адаптированная под нынешние реалии копия в некоторой степени будет обладать даже большей ценностью, а понятность записей позволит легче убедиться в том, что техника настоящая. К тому же, сославшись на учителя, занимающегося расшифровкой оригиналов, он мог позволить себе установить долгосрочное сотрудничество, обменивая уже бесполезные для себя знания на ценные вещи.
Как и весь остальной аукционный дом, кабинет главы лоснился роскошью до тошнотного безвкусия. Золото, драгоценные каменья, жемчуга, шелка, фарфор, в декоре было использовано всё самое дорогое и яркое. Мирослав сел на один из диванчиков, стоящих напротив столика, уставленного диковинными сладостями и фруктами. На другом сидел глава гильдии.
Казимир очень контрастировал с окружением. Одежда его была из дорогих материалов, но простой по покрою. Ежевично-чёрные рубаха и штаны, дополненные кушаком цвета кости и такими же мягкими сапогами. Никакой вышивки. Ни одного аксессуара. Волосы коротко стрижены на имперский манер, а усы в противовес причёске длинные и роскошные.
— Ну что же. Перейдём к делу, — наконец прервал их обмен оценивающими взглядами мужчина, — Какой предмет тебя интересует, Дарён? Можешь звать меня просто Казимир.
— Хорошо, — кивнул юноша, — Меня интересует Вуаль Русалки или Сердечная Чешуйка Речного Змея.
— То-то Велимудр предупредил, что запросы у тебя могут оказаться за пределами ожиданий, — лишь слегка удивлённо произнёс глава аукциона, — Мне, конечно, любопытно, зачем тебе подобное. Но у нас правило не задавать лишних вопросов. Так что скажу только одно. Вуалей я в своей жизни ни одной не видал. Но вот Чешуйка найдётся. Я даже готов её продать. Но цена, мягко говоря, кусается. Мало кому такое по карману.
Он записал цену на листе бумаги и протянул юноше. Тот постарался не подавать виду, но всё же вздохнул слегка более тяжко, чем хотел.