– Конечно, – сказала она.
Сейчас, вспоминая эту сцену и глядя, как она спит, а закатное зимнее солнце ласково освещает ее лицо, Лорис Мартини подумал, что уже давно не видел у нее на губах такой улыбки. И от этой мысли ему стало больно.
Они приехали в долину шесть месяцев назад. О переезде заговорила она. В Авешоте ему предложили место, и они поехали, особенно не раздумывая. Он не был уверен, что маленькое горное местечко подходит для того, чтобы все начать сначала, но ничего не поделаешь. Клеа определяла причину отъезда и устанавливала место, но теперь Мартини боялся, что счастливой она так и не стала. Он присматривался к ней издали, пытаясь разглядеть нечто, ускользнувшее от внимания. Может быть, все произошло слишком быстро. А может быть, они просто сбежали от чего-то.
От чего-то , сказал он себе. Было нечто . И в этом нечто все дело.
Клеа начала просыпаться. Сначала приоткрыла глаза, потом выронила книгу, которую держала на коленях, и раскинула руки, потягиваясь. И вдруг посреди движения застыла, заметив его.
– Эй! – приветствовала она мужа, еле заметно улыбнувшись.
– Эй! – отозвался он, не вставая с лестницы.
– Ты давно тут сидишь?
– Только что вошел, – соврал он. – Не хотел тебя тревожить.
Клеа откинула плед и посмотрела на часы:
– Ого! Я хорошо поспала. – Потом стиснула руки на груди. – По-моему, у нас стало холодно.
– Может, отопление еще не включили.
На самом деле сегодня утром он перевел таймер на два часа вперед. Они только что оплатили последнюю квитанцию.
– Я узнаю, в чем дело, а пока растоплю камин, – сказал он, вставая со ступеньки. – Моника не появлялась?
– Думаю, она наверху, в своей комнате, – ответила Клеа, и на ее лице появилось озабоченное выражение. – В ее возрасте не годится так часто уединяться.
– А ты какая была в ее возрасте? – спросил он, чтобы разрядить обстановку.
– У меня были друзья.
Вопрос явно задел Клеа за живое.
– А я был весь в прыщах и все время проводил, бренча на гитаре. А знаешь, когда я научился играть, ребята меня как-то сразу приняли.
Клеа ему не поверила. Она действительно тревожилась за дочь. «Нехорошо это», – задумчиво сказала она самой себе.
– Как думаешь, может, она что-то от нас скрывает?
– Может быть, но не думаю, что это серьезно, – ответил Мартини. – В шестнадцать лет иметь тайны – дело естественное.
23 декабря День исчезновения
В шесть утра было еще темно.
Мартини проснулся сразу. Жена и дочь еще спали. Он приготовил себе кофе и теперь смаковал его стоя, опершись на обеденный стол и наслаждаясь горячим напитком и уютным светом лампы, висевшей над столом. Он пил медленно, погрузившись в свои мысли. Оделся он как для похода в горы – в теплую спортивную одежду и горные ботинки. Накануне вечером он предупредил Клеа, что пойдет побродить по горным тропам.