Это дневник звал его с сиденья и, казалось, говорил: ты не можешь меня вот так проигнорировать.
Закончив мочиться, спецагент вернулся в машину, уселся и взял в руки дневник. Он оглядел его со всех сторон, как ценную реликвию. Потом вдруг, словно повинуясь неожиданному импульсу, с такой силой дернул замочек, что тот отлетел в сторону. От возбуждения его бросало то в жар, то в холод.
Он наугад открыл какую-то страницу и сразу узнал почерк Анны Лу.
– Черт! – сквозь зубы пробормотал он, но все же начал читать.
Фогель надеялся найти хоть что-нибудь, что указывало бы на Лориса Мартини, что доказывало бы, что это он убил пропавшую девочку, а не какой-то там Человек тумана . Но было ясно, что учитель не мог послать дневник Беатрис Леман. Однако бандероль отправили в день пропажи, а значит, кто бы ни послал дневник, он не стремился оправдать Мартини, который в то время еще даже не попал под подозрение. Нет, эта посылка имела какое-то другое значение.
Это был автограф, подпись.
Вот почему Фогель не нашел ничего, что связывало бы Анну Лу с человеком, который сидел сейчас в тюрьме. Тайна, которую девочка так ревниво сохраняла в дневнике, связана не с ним.
«Одиннадцатое августа. На море я встретилась с очень милым парнем. Мы разговаривали всего пару раз, и мне показалось, что ему хотелось меня поцеловать. Но так не случилось. Кто знает, увидимся ли мы на будущий год… Его зовут Оливер, это красивое имя. Я решила, что каждый день буду шариковой ручкой рисовать его инициал у себя на левой руке, на той, что ближе к сердцу. Всю зиму буду рисовать, пока не увижу его на будущий год. Это будет моя тайна, залог того, что мы снова увидимся».
Фогель быстро перевернул еще несколько страниц. Там были еще записи, посвященные загадочному Оливеру, предмету невинных фантазий и желаний, которые никогда не сбудутся.
«Оливер», – сказал про себя спецагент, думая об инициале на руке трупа Анны Лу. Маленькое «о», нарисованное шариковой ручкой, которое погибло вместе с ней и которое никто никогда не найдет.
Ее тайна умерла вместе с ней .
Однако в дневнике нашлось еще кое-что. Фогель не заметил, как из страниц выскользнул какой-то листочек. Он нашел его позже, на коврике под сиденьем. Он развернул листок и сразу понял, что в дневник его вложила не пропавшая девочка.
Это была новая подсказка для погони за преступником: карта.
22 января Тридцать дней после исчезновения
Он провел бессонную ночь.
Карта лежала на тумбочке у кровати, и Фогель, натянув до самого подбородка пуховое одеяло, всю ночь, не двигаясь, глядел в потолок. Вопросы и сомнения теснились в голове, мешая рассуждать здраво. Началась новая партия, и не играть он уже не мог. «Человек тумана» ему этого не позволит. Делать было нечего.