С темно-серого — почти черного — неба медленно падали одинокие снежинки. Я быстро осматривался по сторонам. Кругом ледяные пики, обледеневшие кратеры, плато и холмы. Внутри замерзших колб виднелись силуэты людей, застивших там на веки.
Я посмотрел под ноги. Мы стояли по центру небольшого замерзшего озера. Из темного-сизого льда на меня взирало искаженное отражение.
На выдохе изо рта вырвался клуб пара. Только сейчас я ощутил, что пространство вокруг действительно имеет низкую температуру. Мои догадки становились явью.
— Где мы? — спросил Игнат.
— В аду.
[1] Улица Восток — Запомню
— 5 —
Я сказал эти слова негромко — от внезапного перепада температур связки не успели приспособиться и голос охрип. Но все равно показалось, что они всей своей тяжестью рухнули и разлетелись по бескрайнему и бесплодному пространству вокруг. Знакомые места.
Рамон и остальные судорожно озирались вокруг и чуть ли не жались ко мне. Это было довольно уморительное зрелище. Суровые мужики, побывавшие за свою жизнь в десятках разных передряг, ищут защиты у юнца, которому по возрасту только-только пора поступать в академию. Однако они, судя по виду, ничего смешного в этой ситуации не видели.
Вот и довелось друзьям-рейдерам побывать наконец в настоящих пустошах. По сравнению с ними те, что есть на поверхности — это просто оазисы, кипящие жизнью. Здесь можно блуждать неделями без шанса встретиться хоть с кем-то.
И это даже хорошо. Потому что местные жители к чужакам настроены недружелюбно.
— В каком это… аду? — задал совершенно идиотский вопрос Колян.
— Точный круг сейчас сходу назвать не смогу, но это определенно ад. Самый настоящий.
Братья Бодески дружно затряслись мелкой дрожью. Влада и так до этого трясло, а теперь амплитуда его колебаний только выросла.
— Так это что получается, мы всем скопом умерли, что ли?
— Нет, — спокойно ответил я. — Никто не умер. И не умрет, если мы будем осторожны.
Они оба сразу успокоились. Влад даже опустил Игната на землю, но за плечо все равно продолжал придерживать. Это показалось бы трогательным в менее напряженной ситуации.
— Ну и ладно тогда. Нам помирать никак нельзя, — проворчал тот. — Лаборатория без присмотра загнется, в рефрижераторе песковина зреет…
— Мы сейчас сами как будто в рефрижераторе, — перебил его Влад. — Андрей Александрович, а разве, это… ад не должен быть… бр-р-р, чуток пожарче? Кипящие котлы, потоки лавы, температура, от которой плавится подкожный жир?
— В некоторых кругах так и есть. — подала голос Аида, разглядывавшая снежинки на ладони. — Но не здесь.