Пятая кладовая. Понятно, почему хозяина чуть Кондратий не хватил, здесь то, чем любил заниматься для души Кацман. Шесть стеклянных стендов с копиями великих артефактных ювелирных украшений, плюс несколько сундуков и две шкатулки, стоящие отдельно. И вот чтобы заглянуть в шкатулки, мне пришлось потрудиться, защита на них стояла серьезная.
- Моя доля эти шкатулки, уважаемый. – Надо же, а я так и не поинтересовался именем-отчеством нэпмана… впрочем, жил до этого без этой информации, и дальше проживу. – Эти сундуки, точней их содержимое, обязательно к сдаче в ПМАК. Учтите, эта расстрельная статья, драгоценные камни без обработки и их продажа - это валютная статья. – Я раскрыл сундуки, и показал их содержимое хозяину. Ну да, заготовки, выращенные Кацманом камешки, очень качественные алмазы, рубины, и прочие шпинели. Во третьем сундуке частью золотые, но большей частью серебряные слитки с личным клеймом Кацмана. Ну, это не золотодобыча, владение и перепродажа золотых и серебряных изделий законом не запрещены. Про что и сказал радостному владельцу.
Поглядев на красивые безделушки, я показал нэпману реплики, то есть действующие копии артефактов, и рекомендовал их продать через Гильдию. Потому как иначе нормальную цену за артефактные украшения никто не даст.
Ну и собрался было уходить, но был остановлен нэпманов.
- Аким Ефимович, пожалуйста, ну хоть покажите, что в этих шкатулках? Я же умру от любопытства.
- Пожалуйста. Я поставил шкатулки на стол, и раскрыл их.
В одной лежали две дюжины ровных, идеальных цилиндров из кроваво-красной шпинели, а во второй семь таких же идеальных шаров диаметром в миллиметров пятьдесят, а скорей в два дюйма. Любил Кацман работать со старыми мерами длины, любил. Находил в этом особую прелесть.
- Цилиндры заготовки для крововосстанавливающих артефактов, у меня как раз мама с сестрами целители, им пойдут. Ну а эти шары – сапфиры разных цветов. Пока даже не берусь предположить, что именно из них хотел сделать учитель. Поищу в записях учителя, может и найду. Мы с вами в расчете?
- Да! Да! Благодарю вас! – Нэпман схватил мою руку, правую нижнюю, и активно потряс. Точней, потрясся об нее, меня-то пошевелить без моего на то согласия сложновато.
Проверив, как загрузили мне дополнительное, совершенно случайно найденное имущество, а скорее наследство, я не поленился нанести уже свои печати, причем не только на замки. Широкими росчеками я украсил печатями сохранности стены, крышу и дно контейнера, причем контейнер поднял невербалкой, изрядно напугав грузчиков.