Глава тридцать шестая.
Ольга оказалась красивой блондинкой, с хорошей такой косой, заплетенной с нарочитой небрежностью. Косу в руку толщиной, можно небрежно заплетать. Высокая, грудастая, крутобедрая, красивая девка. Однокашница Карлыгаш, вместе а МГУ учились, то есть однозначно умная девчонка. Да, поступить в МГУ могут многие, а вот его закончить уже не все.
Максим же оказался мужик примерно моего возраста, высокий и тощий, в круглых очечках, с парой перстней, маг-артефактор второго ранга и маг-оружейник. Тоже второго. Надо же, вот не ожидал.
-Маг-оружейник? Министерство Обороны? – поинтересовался я, и получил положительный ответный кивок. Ну, учитывая общую физическую форму, а мужик, хоть и тощ, но жилист, скорей всего офицер РАВ. В Ташкенте не так много мест, где может служить спец такого уровня, скорее всего, батарея противоракет-перехватчиков за Ташкентом. Но это не мое дело, в этом случае Максим сто пудов под подпиской.
Впрочем, общую тему нашли махом, я рассказал ему о своем посохе, и мы зацепились языками насчет накопителей, и скандинавских рунных цепочках. Девчонки, впрочем, трещали о своем девичьем не переставая, при этом с целеустремленностью самонаводящихся торпед тащили нас к огромному танцполу, где собралась нехилая толпа народу. Лазерное шоу, фейерверки, толпа что-то скандирующих парней и девчонок – и ни звука за пределами ограды. Отменная работа артефактов-гасителей, мастеру мое почтение.
Шагнув сквозь ворота, на нас прямо-таки обрушился шквал рокочущей рок-баллады.
- Малина сегодня выступает, одна из легенд ташкентского рока. – прокричала нам Ольга, подтанцовывая под гитарные рифы. – он мужик загульной, год работает, два пьет, вдохновение ищет. Но талантливый неимоверно, сволочь.
- Насчет пьёт. Выпить как? – я вытащил из сухарки-мародерки бутыль с вискарем. Получил три согласных кивка, свернул крышку, сам отпил пару глотков, протянул Пташке, та передала дальше, чуть откашливаясь, Ольга передала Максиму, а тот – передал еще кому-то.
Увидев мою ошарашенную морду, Ольга прокричала: - Такой обычай. Сделал пару глотков – передавай емкость дальше. Тут их бродит по танцполу множество.
Ну, так и оказалось. К нам периодически подплывали бутылки с коньяком, самаркандским и халкабадским, местных заводов, вполне себе неплохие коньяки, надо сказать, «Столичная», «Посольская», самая рабоче-крестьянская здешняя «Арака», местный вариант «коленвала». Гуляла закусь в виде плавленых сырков «Дружба» и «Орбита», частенько надкусанных. Никто не парился, выпил, откусил и отправил дальше. Впрочем, учитывая борьбу в СССР со всякой дрянью, народ пару десятилетий практически всякой переносной дрянью не болеет. Да и заклы висят над танцполом, всякие вирусы-бактерии дохнут только в путь. Уж это в вполне себе точно могу сказать, тут однозначно великолепные мастера поработали. И еще – ограничений на выпивку никаких, а народ только-только чуть поддат. Тоже работа артефактного поля.