Наверно, после того, что я сейчас скажу, я потеряю ее. Но молчать дальше нельзя. Я должен отвечать за свои поступки, правильные или нет.

— Хорошо, пускай будет пирог. Оль… нам надо поговорить.

— Ой, какой ты серьезный! Хорошо, только я тесто замешаю сначала.

Не знаю, как я буду жить без нее и буду ли вообще. Но даже сейчас не могу найти в себе ни капли сожаления о связи с Марией. Я привык всегда поступать правильно — вроде как все мы с детского сада знаем, что правильно, а что нет. Вот только тот быстрый жесткий секс в кабинете — это и было правильно. Он словно бы поставил на место кусочек моего внутреннего пазла, который всю жизнь у меня пусть чуть-чуть, но не складывался. И дело тут не в Марии, хотя она красивая женщина и умный интересный человек. Дело во мне самом.

Я ведь всю жизнь старался сделать как можно больше для других. Защищал своих близких и тех, кто обращался ко мне за помощью. Даже, может, иногда перегибал палку с контролем… что ж, Дары с насилием над чужим сознанием просто так на ровном месте не появляются. Я делал что-то для других, потому что это нужно было мне самому. Оно тоже ставило на место куски внутреннего пазла, я становился более целым, чувствовал себя живым. А вот забил человека прикладом я для себя — не для Сереги, ему это уже не могло помочь. И никакого сожаления я не испытывал ни тогда, ни теперь. Эта связь с Марией — тут так же. Она для меня правильна. Если в итоге я потеряю Олю — значит, таким будет последствие. Но лучше отказаться даже от самого дорогого человека, чем от себя самого.

Оля тупой стороной ножа счищает с пальцев остатки теста, прикрывает миску льняным полотенцем, моет руки. Улыбается легко и весело:

— Ну, чего такое? Что ты хотел сказать?

Собираюсь, как перед прыжком в холодную воду:

— Оля, дело в том, что я…

Звонок в дверь.

— Откроешь? — спрашивает Оля.

— Да, конечно.

На пороге стоит Юлька. Ну и дела! Для ее выросшего в интернете поколения заявиться в гости без звонка — все равно что в арктическую экспедицию отправиться.

— Юль, случилось чего?

— Нет-нет… Дядь Саша, прости меня пожалуйста. Я очень плохо себя повела и больше так не буду.

Морщу лоб. А, глупая ссора на семейном обеде… Да, там племяшку занесло.

— Да я уж и забыл почти… Ты молодец, что попросила прощения. Ценю. Но ничего страшного не случилось, правда. Заходи.

Юля входит, снимает сапожки и парку, здоровается с Олей. Проходим в гостиную.

— Сама не знаю, чего на меня накатило… — оправдывается Юля. — Я не имела этого всего в виду по-настоящему, чесслово.

— Ладно, Юль, проехали. В семье всякое бывает. Никто не безупречен… И твоя мама…