Разлетаются документы, рассыпается канцелярская мелочь, летят на пол дипломы и грамоты.

Нам обоим на это плевать.

— Сегодня удалось попасть в канцелярию «Детей Одарения», — отчитывается Ксюша. — Для собрания чашек не хватало, принесли оттуда, я потом навязалась помочь вернуть их назад. Там сейф еще стоит. И архив. Применила Дар. Нет там ничего из нашего списка. Это точно, Саша. Комната небольшая, я бы учуяла.

Киваю и вычеркиваю на распечатанной карте дома культуры, где «Дети Одарения» арендуют целый этаж, еще одно помещение. Выходит, последнее. За неделю наша Мата Хари проникла везде: в классы, столовую, кладовку, туалеты, включая мужской, и вот сегодня — в канцелярию.

Получается, вещей, пропавших у моего клиента, в офисе «Детей Одарения» нет. Но это еще ничего не значит. Их сто раз могли вывезти куда угодно.

— Расскажи, что там в целом происходит.

— Да знаешь, Саша, ничего такого особенного. Йога, медитации, групповые занятия… терапия. Пожертвования добровольные, ни разу никто не то что не потребовал денег, но даже и не напомнил. Сейчас запускают программу помощи бездомным, набирают волонтеров. Люди… разные, многие совсем простые и небогатые. Но никакого криминала я там в упор не вижу.

Замечаю, что веки Ксюши под не особо аккуратно нанесенной косметикой припухли.

— Ксюша, ты плакала? Что-то случилось?

Сотрудница отводит глаза и пару секунд колеблется, потом говорит:

— Я сейчас у них была на группе для людей с проблемами в семье. Ведущая предложила мне высказаться, вот я и… расплакалась.

— Не стоит говорить о личных проблемах в таких местах! Эти сведения могут использовать, чтобы манипулировать тобой.

— Я знаю, но… Там все так искренне рассказывают свои истории. Я поняла, что не только со мной это все происходит, многие проходят через такие же вещи и даже еще похуже. И когда спросили меня… сначала я не могла говорить, только плакала. А потом все-таки рассказала. Поделилась, как там говорят. И никто не сказал мне, что я виновата сама — жирная, запустившая себя дура.

Ксюша всхлипывает.

— Тебе пытались навязать какой-то план действий?

— Нет, по правилам группы советы давать нельзя. Только выслушивать, что у кого накипело. И сочувствовать. Все сказали, что понимают меня… и это тоже просто правила группы, но они ведь и правда понимали, они же прошли через похожее. Саша, а мы точно должны продолжать вести это дело? Я понимаю, каждый заказ важен, но…

— А что не так с этим делом?

— Там… после меня как раз выступала жена заказчика нашего. Сказала, муж ей изменяет, в этом она уверена. И еще — она считает, что вещи украл он. Именно те, из нашего списка. В полицию обращаться не хочет, собирается с духом, чтобы развестись. Говорит, брак с самого начала не был идеальным, но она надеялась, что как-то все устаканится, а вместо этого дошло до воровства… Саш, а вдруг этот крендель правда сам украл цацки, а нас нанял, чтоб жопу себе прикрыть — мол, я так искал, так искал? Было ведь такое уже.