— Да уж. Ту же Алину Михайлову в два счета нашли бы.

— Ну это вряд ли, у нее-то не было телефона… Хотя, может, и не нужно было бы. Парень только с той санитаркой и общался, потому, в чем именно заключается его Дар, какие ограничения — мы толком не знаем. Как ты насчет командировки? У нас там есть сотрудники, которые с этими автономщиками худо-бедно ладит. Они, конечно, живут в лесу и молятся колесу, но какие-то связи с цивилизацией сохраняют. Только на многое не рассчитывай, Сань. Про этот Дар мы через третьи руки знаем, он может лажей какой-то оказаться. В любом случае лучше тебя этого никто не выяснит. Я вот думаю, через недельку пару самых геморройных резонансов передам в суд и с тобой могу поехать.

— Да ладно, там всего делов-то с пацаном поговорить. Сам управлюсь. Сиди уж, разбирайся со своими резонансами.

— Ну, Дикий Север все-таки, вся пижня… Впрочем, как знаешь.

Улыбаюсь:

— На край света? К прибабахнутым ганфайтерам? Не пойми зачем? Даже не уговаривай. Все равно не откажусь!

— Здравствуйте, товарищ! Как добрались, как разместились?

Нескладный лопоухий парень в полицейской форме тянет мне руку для пожатия. Мосластое запястье нелепо торчит из слишком короткого рукава.

— Спасибо, все отлично. Я Александр Егоров, ну да вы в курсе. А вы?

— Сергей Шмелев. Ну, можно Серега просто…

— Отлично, будем на «ты» тогда. Да ты садись, чего торчишь, словно каланча…

С будущим проводником по северному архипелагу я встречаюсь в баре при гостинице. Отсюда открывается вид на главную достопримечательность города — серую гладь широченной реки. Противоположный берег едва проступает из тумана.

Официант подает Сереге меню. Тот морщит лоб и заказывает маленький бокал самого дешевого пива. Мда, что-то я не подумал, выбирая для встречи с провинциальным участковым такое пафосное место… Одновременно с его пивом приносят и мой заказ — здоровенный кусок рыбы, украшенный овощами.

— Треску взял? — дружелюбно интересуется Серега. — Эт ты правильно. Чем наши края знамениты? У нас тут треска, доска и тоска…

— Да не сказать, что у вас тут особо тоскливо в последнее время. Автономщики, вольные ганфайтеры… Дикий Север, одним словом.

— Что да, то да, — Серега вздыхает и одним глотком выпивает половину пива из изящного бокала. — До Одарения от скуки на стенку лезли, а теперь, наоборот, скучаем по прежним скучным временам. У меня девять островов, так раньше одно название было, что участок — десяток древних бабок на три деревни. А после Одарения мразь всякая из тюрем поперла, как говно из нужника, если туда пачку дрожжей бросить. Тогда огнестрел для населения легализовали сначала по факту, а потом уже и по закону. Вот автономщики эти у нас и обосновались. Заняли военную часть, брошенную еще в девяностые. От нее заборы остались и пара фундаментов.