Сняв халат и закатав рукав комбинезона, всадил вещество прямо в изгиб локтя, чтобы скорей всосалось. По ощущениям — будто толчёного стекла себе засадил, да на полную катушку. Резко заболела голова, во рту пересохло, а сердце учащённо забилось, но главное — я не умер. Это уже хорошо, но пока слишком мало.

Ящер не сводил с меня немигающего взгляда вертикальных зрачков, всей своей позой выдавая дикое напряжение, но стоически терпел положенное время, пока мой организм усвоит сыворотку.

— Пора.

Действительно, дальше тянуть не было смысла. Я сделал шаг вперёд, ближе к трубе, которую прислонил к стене отсека, чтобы не мешала, и нарочито плавным движением деактивировал обруч. Воздух при вздохе оказался таким, что в бальзамической комнате морга по сравнению с ним благоухает, как в бутике по продаже дорогого парфюма. Второй вздох показался ещё хуже, хоть я и убеждал себя изо всех сил, что на самом деле вирусы не пахнут.

Голова заболела сильнее, будто её в тисках зажало, а к горлу подступил комок. В принципе, ощущения были не из приятных, зато вакцина явно сработала: мне не хотелось выплюнуть собственные лёгкие и покататься по полу в собственной крови. Уверен, дай рептилоиду больше времени, он подобрал бы куда более щадящий вариант, но и так сойдёт. Я кивнул ему, привыкая к ядовитому воздуху, но всаживать себе вторую дозу в не прикрытую костяными щитками область шеи он не торопился. Его можно понять: заряда обруча хватит ещё на две с половиной минуты, а за это время нужно разобраться со ставшей бесполезной «отмычкой», и желательно сделать это не в момент собственной слабости.

— А скажи-ка мне, приятель, — начал я, наблюдая за тем, как его лапа плавно смещается к кобуре. — Сколько человек может улететь на этом вашем шаттле?

Не знаю, почему я спросил его именно об этом — просто в голову вдруг пришла мысль, что если станцию покидают целыми группами, то надолго здесь никто не задерживается. Стоит только освоиться в окружающем бардаке и скооперироваться с другими игроками — и билет отсюда у тебя в кармане. Ведь у слаженной команды куда больше шансов, чем у одиночек-саботажников. Ну, раз у тебя не получится, ну, два. Но с третьей-то попытки непременно посчастливится выжить и улететь. Ящер не выглядел профаном, однако торчал здесь достаточно давно — это видно и по тому, как он ориентируется здесь без мини-карты, и по его уверенным действиям. Какой тогда может быть вывод?

— В шаттл впускают только одного, — вновь оскалил клыки игрок, вскидывая пистолет.

Наивное создание! Видимо, привык уже расстреливать беспомощных людей, а с рукопашниками никогда всерьёз не сталкивался. Тот бедолага у капсул точно не в счёт — он явно застал ящера за противоправными действиями и был устранён как опасный свидетель. Всё внимание рептилоида было сосредоточено лишь на собственном пистолете, а не на противнике, за что он и поплатился. Я резко ушёл с линии огня (благо, очки Ловкости никуда не делись, хоть и не были видны), заставляя вести ствол следом, а затем неожиданно рубанул по запястью встречным ударом подхваченной трубы.