Тут не нужно долго ломать голову над тем, как поступать с назойливой знакомой из не моего прошлого: игнорировать — и всё. Ничему их образ Татьяны Лариной не научил — ну, не надо писать парню первой! Ладно, сама отвалится.
Я закрыл голографическое окно браузера, взглянул на часы и решил, что сейчас отличное время для погружения. А вечером отдохну и, наконец, высплюсь.
Но стоило только потянуться к застёжкам на одежде, как я неожиданно услышал за спиной заливистый женский смех, который узнал бы из сотен миллионов. Мелкие волоски на теле привычно встали дыбом, я резко развернулся, позабыв, что разучился это делать, но позади никого не оказалось. Квартира была привычно пуста.
Потеряв точку опоры, моё неловкое тело осыпалось на пол с дробным стуком костей, обтянутых кожей.
Чертыхаясь, я кое-как приподнялся на локтях, ещё раз прислушался, но в единственной комнате царила лишь тишина.
— Надо срочно в игру, — заключил я, начав ползти к инвалидной платформе.
Что может быть лучше, чем проснуться на борту своего корабля? Пожалуй, только если этот корабль не будет напоминать консервную банку, по которой долго били ломом. Причём, ещё и горящим.
Я пришёл в себя ровно в той же позе, что и в тот момент, когда нажал кнопку выхода. Хвала Вселенной, игра всё же допускала какие-то условности, и тело не затекло, хотя чисто анатомически это было маловероятно: верхняя половина туловища — в кресле, ноги — на остатках приборной панели, а всё остальное — на весу.
Попытался встать на ноги, забыв, что кабина наклонена под серьёзным углом, и едва не вывалился наружу через разбитый вдребезги иллюминатор. Дело в том, что стойки, на которые садился «Собиратель», отчего-то выдвинулись лишь в хвостовой части, так что пришлось кораблю украшать собой четырнадцатый ангар в весьма неприличной позе — задницей кверху.
Единственная хорошая новость — наружные створки не заклинило, так что на площадку выбрался вполне естественным способом. А что вы хотели — меньше тридцати хитов у катера осталось, реально на святом скотче сюда долетел.
На первый взгляд, кораблей в ангаре заметно прибавилось — с обеих сторон мой потрёпанный «Собиратель» подпирали два внушительных звездолёта. Слева — белоснежный элегантный фрегат четвёртого тира с какими-то неземными рунами по борту, а вот справа оказалось нечто такое, что заставило невольно притормозить и рассмотреть звездолёт повнимательней.
Выглядел он так, будто к маленькой кабинке от нечего делать по бокам приделали громадные, больше его самого раз в десять, многоствольные пушки. Нет не так. ПУ-У-УШКИ! Настолько массивные, что с противоположной стороны пришлось размещать выхлопные дюзы маршевого двигателя. Тут и не поймёшь, где кончаются стволы орудий, а где начинается сопло. Выглядела конструкция очень зло.