Стоило мне покончить с первой партией в специальном герметичном приёмнике, как появился рептилоид с кучей ампул в коробках.

— Приступим!

Дальше пошла форменная рутина наперегонки со смертью. Мы по очереди впрыскивали содержимое ампул зубастикам, давали веществу немного усвоиться и открывали бокс, впуская внутрь вирус. Поначалу реакция была строго отрицательная, но прошаренный ящер явно не выбирал пузырьки наугад, а постоянно сужал круг поиска, что-то тихо бормоча себе под плоский нос, типа «чёртов коктейль» или «миалгия» — всё остальное переводчик напрочь игнорировал.

Наконец, на одиннадцатом по счёту зверьке прививка сработала — он побледнел и как-то весь скукожился, но в целом остался жив, перенеся контакт с заражённым воздухом.

— Времени нет, будем работать с этим, — решил мой спутник, делая обширный забор крови у подопытного.

Полученные биоматериалы он засунул в сложный аппарат, напоминающий центрифугу, скрещенную с компьютером, задал какую-то программу и удовлетворённо потёр свои грубые ладони.

— Что дальше? — Я захлопнул крышку с оставшимися зубастиками и отошёл от вольера.

— Испытание вакцины.

— На мне? — уточнил я на всякий случай, хотя уже знал ответ.

— Да, — не стал юлить рептилоид. — Это единственный выход. Вы можете отказаться, но всё равно умрёте.

Какой хитрец! Жить нам оставалось около трёх минут, но сначала он хотел опробовать получившееся лекарство на мне. С одной стороны, логично: мне ни за что не повторить его манипуляций, но почему-то с каждой минутой в его желание помочь новичку верилось всё меньше. Он не сделал ни малейшей попытки остановить того спидранера, а, наоборот, охотно выпустил даторийца навстречу смерти. Да, его смерть в какой-то мере спасла нас, но теперь мы снова оказались в ситуации, когда нужно отправить кого-то на разведку, и почему-то он не спешит геройствовать. Что-то всё это мне настойчиво напоминает…

Хотя… нет, я точно знаю, что именно.

«Отмычки». Термин, введенный ещё самими Стругацкими задолго до появления игры «по мотивам» и новой книжной серии в далёком две тысячи седьмом году. Так называли неопытных новичков, которых матёрые сталкеры использовали в качестве живых детекторов аномалий. Или миноискателей — это уж кому как повезёт. То же самое происходит и здесь. Вполне возможно, что ящер взял меня с собой лишь потому, что ему позарез был нужен разумный подопытный.

— Возьмите. — Он протянул мне шприц-инъектор. — Второго шанса не будет.

Ладно, сыграем в русскую рулетку, раз другого пути нет. Вот только извини, приятель — если повезёт, выигрыш я заберу с собой.