— Просто Перехляй, — прогудел голос Захара из «буханки». — Отличная там корчма. Хотя какая теперь разница? До утра надо дожить, а там уже патруль мимо пойдет.

Внизу застонал второй пассажир, стал очухиваться и неожиданно цепко схватил меня за ногу, чуть не повалив меня на себя.

— Митрич, это ты? Мы спаслись? — со стоном заворочался мужик, пытаясь встать.

— Эй, дружище, не толкай. А Митрича мы, скорее всего, больше не увидим, — посочувствовал я и прижался к крыше, поудобнее устраивая ногу на боковушке сиденья. — Оружие есть?

— Нету, дрын только валялся под сиденьем. Ты кто вообще такой?

— Попутчик я, ну или встречник, — хмыкнул я, опять приподнял дверь и высунулся. — А в кузове что?

— Хлам всякий и оборудования старое… — Мужик задрожал так, что по кабине пошла вибрация, и начал болтать, видать, на нервной почве. — А вас много? Одаренные есть? Там с неба налетела какая-то тварь. Мы головной моторкой шли. Митрич рванул. Я даже не знаю, что с остальными стало…

— Тихо, не отсвечивай пока.

Я услышал хлопанье крыльев. Медленное, будто тугое, с трудом пробирающееся через летящий снег, а может, просто огромное, потому что даже ветер сменился. Еще несколько взмахов крыльями, и на крышу «буханки» рухнула черная тень. Уазик заскрипел и просел на несколько сантиметров, крыша «булькнула», прогибаясь, и послышался скрип порванного металла, будто консервным ножом по банке прошлись.

Фары обеих машин светили в другую сторону, но их свет отражался от снега, так что я все равно смог рассмотреть полутораметровую тварь, похожую на гибрида летучей мыши и паука. Голова, тело и два кривых крыла на спине достались монстру от мыши, а согнутые лохматые лапы и ряд из четырех глаз — от паука. От кого тварь унаследовала полную острых зубов пасть, непонятно, но из верхней челюсти торчало несколько окровавленных клыков, по толщине и длине сопоставимые с моими пальцами.

Монстр принюхивался, глядя одновременно на крышу «буханки», на приклад ружья, торчащий из сугроба, и на перевернутый фургон. Четвертый глаз вращался, как у хамелеона, сканируя местность.

— Матвей! Что там? — закричал Захар. Тварь на звук среагировала моментально, взмахнула лапой, вбила ее в крышу и начала шерудить, стараясь продраться вглубь. — Ух ты-ж еб…

— Там какие-то неправильные пчелы! Не высовывайся, — посоветовал я, прицелился в глаз монстру и выстрелил из нагана.

Первый выстрел — разрывной — пролетел сильно выше глаз и взорвался, лишь зацепив тварь по касательной. Она дернула головой, издала противный лающий писк, замахала крыльями, но не взлетела, а спрыгнула на землю и направилась в мою сторону.