— Помню, помню, вы тот еще болтун, но моих подмастерьев подкупить не получится, можете не строить им глазки, — усмехнулся Этьен, проследив за моим взглядом. — Особенно после того, что вы сделали с Михаилом.

Я повел плечами, пробуя кандалы на длину цепи.

Хреново, руки не развести дальше пары сантиметров. И похоже, сейчас я вообще остался без связи и шансов на спасение со стороны. Фобосы в ауте, жетон отследить не получится, куда я отправился, никто не знает.

Будем выкручиваться. Не убили же пока, значит, что-то им нужно.

— Что-то ты растерял все свое красноречие? — Француз подошел к одному из приборов на треноге и что-то там подкрутил. — Но ты меня оскорбил. Действительно считаешь, что я настолько тупой, чтобы поверить в твои россказни? Вот это все? Про тайную операцию Очей? Про императора? Мне просто было интересно, что тебе нужно. А потом я понял, что ты искал и где ты это нашел.

— Так это все из-за этого? — игриво спросил я, хотя говорить и не кашлять было тяжело. — Мог просто намекнуть, я бы извинился и разошлись бы по мирному!

— Мог бы, если бы в зону моих интересов не попал твой навык, — кивнул Этьен и пошел по кругу проверять все приборы. — Пространственный карман, да? Удивительная способность, практически уникальная магия. Я слышал, что только у императора такой есть.

— Какой еще карман? Показалось, наверное! Иллюзия на солнце, у меня просто рюкзак вместительный был…

Нести всякую дребедень и параллельно думать, как выпутываться, — это я умею. Вот только рабочих вариантов я пока не видел, а француз меня не слушал. Он витал где-то в облаках, уже представляя себе мой карман, и продолжал говорить:

— Тебе не будет больно, — пообещал он. При этом он посмотрел на меня каким-то до жути застывшим взглядом. — Если не будешь сопротивляться, конечно. Это будет моя величайшая работа, я даже продавать ее не буду.

— Ты о чем вообще? Тебе там что-то померещилось, а я…

— Замолчи, тебе это все равно не поможет, — отрезал Этьен. Он закончил осмотр и подошел к столу со статуэткой, щелкнул переключателем и положил руку на самую большую ручку рычага. — Слушай, как все произойдет. Это мое изобретение. — Француз показал на приборы. — Я назвал его «Ле даблер Фуа», а тебе нужно просто активировать навык. Я сделаю копию и придам его свойства вон тому украшению. Это будет шедевр!

— А что будет со мной? — хрипло спросил я. Надо срочно что-то придумать! Я попробовал подпрыгнуть вместе со стулом и вытянул шею, чтобы разглядеть, к чему он там прикручен вместе со мной.

— Тебя я отпущу. Я художник-артефактор, а не убийца, — елейным голосом пропел француз, а потом, думая, что я не вижу, помотал головой и скривился, глядя на заволновавшегося разочарованного охранника с двустволкой.