— Какими ресурсами этого можно добиться, Павел Адамович?

— Все войны с турками показывают, если нанести им серьезное поражение в генеральном сражении, то войска быстро теряют дисциплину и волю к победе. Вынудить сконцентрировать силы в одном месте. Может быть, крупный город или крепость… Что касается войск, казаки и первая конная армия в позиционной войне мало нам помогут, а на Кавказском фронте будут чувствовать себя в своей стихии, — после недолгого размышления ответил генерал Плеве.

Интересно. Продолжим мозговой штурм.

— Вывели мы Турцию из войны, а что дальше?

— Следующими на очереди станут болгары, где есть люди, которые еще помнят, как русские освободили их от османского владычества, и многим неприятно стоять в одном строю с бывшими поработителями. Если мы будем действовать против правительства, а не народа… уверен, не встретим сильного сопротивления. И тогда останется Австро-Венгрия, раздираемая противоречиями среди многих народов, что держится только за счет помощи Германии. При условии, что я правильно понял ваши действия на Северном и Западном фронте и мы перешли в глухую оборону, не планируя крупных наступлений против германцев.

Мысли Плеве пересекались с моими. И даже план Кавказской войны. Остался последний вопрос. Провокационный.

— Если союзники решат, что мы стали слишком сильны и пора переиграть войну уже против Российской империи?

Окружающие меня генералы заметно напряглись. Отношение к союзникам довольно почтительное и я бы сказал, сверхположительное.

— Ограничить количество присоединенных земель, которые необходимо будет контролировать и растягивать наши коммуникации, при этом сохранив боеспособность армии. Можно пойти на уступки союзникам и начать показательное наступление на австрийцев или немцев. Отбомбиться, сходить в атаку и вернуться в окопы. Передать полки, где низкая лояльность власти на Западный фронт. В делах управления государством я не советчик, но в военном плане главное сохранить армию, — спокойно ответил генерал.

— В таком случае, вам и отвечать за дальнейший план войны. Павел Адамович, вы назначаетесь начальником Генштаба, который будет отчитываться только Верховному Главнокомандующему и взаимодействовать в тесной связке с военным министром.

— Служу империи! Прикажете подготовить план операции вместе с командующими фронтами или это задача формируемого Генштаба?

Новый уставной ответ определенно звучит. Вы еще не представляете, сколько выльется пропаганды с начала следующего года.

— На ваше усмотрение. Жду в ближайшее время от вас первых результатов работы. После проверки войск Западного фронта вы направитесь вместе со мной в Севастополь. А теперь, господа генералы, предлагаю вам посетить полигон и испытать новинки отечественных производителей.