— Как я мог отказать вам, Зинаида Николаевна, после всего, что вы сделали для меня.
Лично разлив чай по кружкам, мы отдали должное творениям петроградских кондитеров. Россия явно многое потеряла после революции.
— Знаю, ты не любишь долгие разговоры. Последние события и гражданская казнь настроили против тебя даже тех, кто раньше высказывал поддержку. Недовольство может превратиться в ненависть, и тогда ты, Дмитрий, рискуешь потерять доверие старых фамилий…
— Штыки на моей стороне, а фамилии в бархатной книге могут измениться. Говорить со мной с позиции угроз и ультиматумов — глупое решение. Надеюсь, ваши друзья не такие глупцы?
— Что мне передать? — Юсупову не смутил откровенный ответ.
— Я обещаю неприкосновенность собственности и капиталов. Особое положение дворянства сохранится только на военной службе с возможностью напрямую обратиться к императору при особых заслугах, как и у некоторых награжденных высшими орденами. Проект прорабатывается.
— Ты играешь с огнем! Дворянство всегда было рядом с престолом!
— Меня хотят убить революционеры, доморощенные бунтовщики, мировые финансовые элиты и агенты иностранных держав. Как вы думаете, от того, что ко мне станет хуже относиться одно из сословий империи я сильно расстроюсь? Феликс, сделал свой выбор, а вы, Зинаида Николаевна? Я готов протянуть руку помощи Юсуповым, но для этого мне нужна ваша поддержка. Не обязательно, чтобы вам кланялись и называли вашей светлостью для того, чтобы провести свой род через века. Запомните это.
— Спасибо, я обязательно учту ваши слова, ваше императорское высочество, — уязвленно заявила Юсупова. — Забыла рассказать, что Ирина снова беременна. Ждем долгожданного внука.
— Поздравляю! Рад, что Феликс внял моим словам. Вам следует позаботиться о внуках и о будущем на Родине, а не чужбине, Зинаида Николаевна.
Княгиня Юсупова низко поклонилась и покинула мой дом. Намеков я ей накидал достаточно, так что пусть думает вместе со своими «друзьями». Задумавшись о смертности и продолжении рода, я свернул в спальню к жене. И правда, всякое может случиться, а с наследником Ольге будет проще удержаться на троне.
— Свежие газеты, командир, — зашел в мой кабинет Демьян. — Я даже с плохим знанием иностранных языков могу сказать, что французы и англичане тебя ненавидят чуть меньше германцев.
— Что ж, значит, надо трудиться усерднее. Давай почитаем, о чем пишет иностранная пресса. Вечно твердят о своей свободе, а сами пишут под диктовку, кто больше заплатит.
Диктатор наносит удар… по французам! Вместо того чтобы помочь нашим войскам, он решает свои проблемы с турками. Предательство интересов Франции не должно остаться безнаказанным. Любители лягушек в своем стиле. Убейтесь об немцев ради нас. Англичане были более сдержаны, но проскальзывали нотки беспокойства о передислокации нашей Первой Конной армии в Персию. Ругают, значит, все делаю правильно.