— Джентльмены, — сказал Рузвельт, обращаясь к своим соратникам, — я пригласил вас сюда для того, чтобы обсудить некоторые важнейшие вопросы ведения войны. Вы, естественно, знаете о поражении, которое недавно потерпел наш флот во время битвы в Коралловом море. Адмирал Лехи, что вы намерены сказать по этому поводу?

— Мистер президент, — ответил адмирал, — это поражение можно назвать катастрофой. Наш флот, которым командовал адмирал Флетчер, понес огромные потери. К настоящему моменту японцы смогли установить контроль над базой Порт-Морсби на Новой Гвинее, Соломоновыми островами, островами Фиджи и Новой Каледонией. Связь с Австралией почти отрезана. В ходе сражения нами потеряны оба авианосца со всеми самолетами, четыре крейсера, семь эсминцев и два танкера. Адмирал Флетчер погиб. Один крейсер и два эсминца сумели вырваться из этого ада и отойти в сторону Перл-Харбора. Потери противника предположительно тоже значительные, особенно в самолетах и летчиках. На этом все, мистер президент.

Рузвельт вопросительно посмотрел на полковника Донована.

— Случившееся отвратительно, мерзко и гадко, — сказал он. — Полковник, скажите, вам удалось разобраться в том, как японцы сумели переиграть нас?

— Только приблизительно, мистер президент, — ответил Уильям Донован. — Нам известно только то, что в самый канун операции на базу в Рабаул прибыл лично командующий японским флотом адмирал Ямомото, отстранил от командования вице-адмирала Иноуэ и взял управление операцией на себя. Все приказы тем или иным соединениям отправлялись гидросамолетами в письменном виде. Из этого можно сделать вывод, что японцам стало известно, что мы раскрыли их военно-морской код. На этом все, более подробно нам ничего узнать не удалось.

— Это понятно, — с мрачным видом кивнул Рузвельт, — только совершенно непонятно, откуда японцы узнали про все это. Постарайтесь выяснить, каким путем в руки японцев попала совершенно секретная информация об этой операции, которая стоила нам так дорого.

— Мы уже работаем над этим, мистер президент, — кивнул полковник Донован, — но пока никаких результатов.

— Быть может, — сказал адмирал Уильям Дэниэл Лехи, — попросить русских, чтобы они открыли второй фронт против японской Квантунской армии в Манчжурии?

— Это исключено, — заявил Гарри Гопкинс. — Сталин уже не раз давал нам понять, что в первую очередь его интересует война против Гитлера, а уж потом настанет черед Японии. Никаких операций на Дальнем Востоке до полного разгрома Германии русские проводить не будут.

— Дядюшка Джо считает, что своя рубашка ближе к телу, — сказал Рузвельт. — Сейчас гунны стоят на пороге его столицы, и, несмотря на одержанные русской армией победы, положение Советов остается тяжелым. Кстати, господа, как у нас дела в Европе?