Не дожидаясь вопросов или просьб, великан отшагнул назад, чтобы всю его прекрасность было лучше видно, выпятил грудь, упер кулаки в бока и заверещал во всю глотку:

– Ал-ля-иля-ха-ил-ля… Ла… – он совершенно сбился. – И-ля-ха-ли-ля-ля-ля-ха-ха!

На чистом глазу дикарь нес белиберду, видимо, окончательно забыв текст шахады.

– Вот! – гордо подытожил великан. – Подвставай! Подвставай, божий людин! Как или как радость такая!

– А какая радость?

– Мне твое найти! Нам радость! Твое не подсдохнет! А мне понове раба продам! Божий людин много чего стоит! Как иначе!

– Раба? – Фароле резко вскочил. – Я, что ли, раб? Нет!

– Затчем нет? Не надо нет! – гигант по-прежнему излучал полнейшее и искренне дружелюбие. – Свободный людин страдает. Свободный людин подыхает. А раб наисчастлив! Раб всегда вскормлен, каждодневно вспоен! Какая хорошая жизнь!

– Нет! Нет же! Не смей! – насмерть перепуганный экс-президент с силой толкнул дикаря в грудь… вернее, вышло в живот. Просто каменный живот, который и на миллиметр не прогнулся под жалкими попытками тщедушного беглого политика.

Великан впервые слегка нахмурился. Фароле в ужасе бухнулся на колени.

– Пожалуйста… – просипел он внезапно севшим голосом. – Ну, нееет! Вон, возьми мое покрывало! Оно же очень красивое, тонкое, качественное! Из Англии…

– Но это уже и так мое покрывало, – искренне изумился дикарь. – Затчем бижаешься, затчем мне бижаешь, Божий человек?

– Вот! – мысли лихорадочно искали спасение от странного добродушного закабаления. – Вот! Я Божий человек! Сам говоришь! Я! Божий! Человек! Слышишь? Я послан Богом! Меня… мою нельзя делать рабом! Я даритель! У меня есть дары!

Он судорожно принялся хлопать себя по карманам и наткнулся на айфон. Дурацкий, бесполезный кусок пластика, который Фароле отключил еще до заключения.

– Вот! Вот мой дар! Смотри!

– О… Как восхититственный гладкий камушек, – протянул великан. Оказывается, дикари тоже умеют иронизировать. – Что же за бедный бог твою послал? Может, он твою просто выгнал?

– Сейчас, сейчас… Погоди… – Фароле судорожно давил на «вкл».

Внезапно экран загорелся. Раздалась нежнейшая мелодия – и тупой дикарь подавился своим сарказмом. Глазища, как крышки от банок, челюсть отпала – весь приник к экранчику.

– Смотри! – голосом фокусника прошептал Фароле и в «Фотографиях» открыл папку «Презентационное».

Неспешно начал листать: президентский дворец, рабочий кабинет, индийский ресторан, мечеть Аль-Худа,фасады государственного банка и такого же университета… национальный парк Гароуэ…

Убогая, убогая архитектура забытой Богом столицы забытой тем же Богом страны – но дикарь никогда не видел ничего столь прекрасного.