– Какие экзамены! Страна оказалась непонятно где, она полностью изолирована. Никакого бензина, никакого импорта вообще! О гуманитарной помощи я уже и не говорю. Представляешь, что будет? А с новым… руководством это «что» грянет очень скоро. И военные не будут бегать и решать ваши проблемы. Они просто всех прижмут к ногтю.

Препод начал хлопать себя по карманам пижамы – искал очки, которых там быть не могло. На его лице проступало понимание ситуации. Дири был далеко не дурак – просиживая с ним вечера в баре Хамди в этом успел убедиться. Слегка не от мира сего – это да. Но таким и обязан быть ученый. Вроде…

Капитан взял приятеля за плечи.

– Поехали с нами, Дири. Подальше отсюда.

– Но как? Нет, я так сразу не могу…

– Решать надо сейчас. Мы уже вне закона…

– Слава Богу! – раздалось из кабины. – А то мне начало казаться, что вы этого не понимаете, господин капитан!

– Цыц! – гавкнул Хамди в сторону. – Решай, Дири! Я тебя тянуть не стану. Но решай прямо сейчас.

Дири Мохамед Ахмед с тоской в глазах оглядел свой родной корпус, общаги студентов, темную тушу здания университета вдалеке…

– Хорошо…. Я с тобой! Сейчас!

– Оденься по-дорожному! – крикнул вдогон офицер.

На удивление Дири вернулся почти по-военному быстро. И оделся довольно грамотно. Только вот на боку висела огромная сумка, от которой беднягу перекосило.

– С ума сойти! Что там у тебя?

– Книги! – почти возмущенно ответил тот.

Сумка так бухнулась на заднее сидение джипа, что у того рессора прогнулась.

– Ого! – опять не утерпел Барваани. – Я-то думал, что ученые много книг прочитали. А вы, я смотрю, только начали.

– Он это серьезно? – Дири с укором посмотрел на капитана.

– Думаю, нет, но ничего нельзя исключить. Денщик у меня – философ, – Хамди повернулся к водителю. – Тапку в пол, философ. Нам теперь надо нагнать всю колонну.

Джип рванул переулками к трассе, ведущей на север.

– А я вот слышал, господин капитан, что во всяких там армиях белых людей офицерам денщики давно уже не полагаются…

– Слышал… Я рад, рядовой, что у тебя такой отличный слух, жаль, с памятью трудности. Ты мне уже двадцатый раз это говоришь. Неужели ты решил, что именно сейчас я всё осознаю…

– Как говорила моя бабушка моему дедушке: на седьмой жене уже точно должно получиться.

– Я думал, у тебя христианская семья.

– Так и дед не зараз их всех в жены взял. Но вы уходите от ответа, господин капитан.

– Муке! Ты мушунгули с юга! Уже чудо, что тебе вручили погоны национальной армии и доверили автомат. Мне кажется, периодическая чистка капитанских берцев – небольшая плата за такую честь.