Всё, теперь нужно сваливать.

Дробовик полетел на пассажирское сиденье, я — за руль. Ручку на себя до упора и педаль газа в пол.

L200 сорвался с места и пролетел по замершим на асфальте телам. Но мне было плевать — травмой больше, травмой меньше. Я лишь бросил взгляд в зеркало заднего вида, убеждаясь, что за мной волочится тело выродка.

— Твою мать! — выругался я и нырнул под панель, продолжая одним глазом следить за дорогой.

Позади раздалась канонада выстрелов. Заднее стекло покрылось паутиной трещин, что-то больно ударило в спину, перекрывая возможность дышать. На глаза, в которых мгновенно потемнело, навернулись слёзы.

Лишь адреналин не позволил мне отключиться и продолжить действовать. Буквально на рефлексах, отработанных за время скитаний, я запустил руку в подсумок и выудил сразу пригоршню высушенных до состояния камня кусочков чёрного сердца. Ковыряться и пытаться вытянуть какой-то один не было ни сил, ни времени. К тому же я сомневался, что в таком состоянии смогу с первого раза отправить лекарство в рот.

Так и получилось. Несколько штук улетело на пол, прежде чем один из кусков достиг цели.

Спустя долгие несколько секунд я наконец-то ощутил лёгкое пощипывание во рту. К слову, очень помогло, что он, в смысле рот, наполнялся кровью из пробитого лёгкого. Сердце ожило гораздо быстрее, чем если бы я его смачивал просто слюной. Сдавив его коренными зубами, я с большим усилием смог его проглотить и вскоре почувствовал себя значительно лучше.

Стрельба давно стихла, но это не значило, что я в безопасности. Дружина просто так меня не отпустит. Сейчас бойцы наверняка уже прыгают обратно в машины, чтобы пуститься в погоню. Но это хорошо, с людьми всё намного проще. Они не видят в темноте и не ориентируются на запах крови. И это ещё одна часть плана, почему я послал Ворона в околоток. Если за дело взялись законники, то посторонних к погоне уже не допустят. А значит, мне не придётся воевать с парой десятков изменённых.

Свет фар выхватил поворот. Я слегка притормозил, но на входе в него снова вдавил педаль газа. Задние колёса со свистом отправили машину в боковой занос, но я слегка отпустил педаль, заставляя машину выровняться. В боковое зеркало увидел, как тело пленника понесло по широкой дуге и со всего размаха приложило о столб, который расположился у обочины.

Я поморщился. Идея с транспортировкой альфы волоком уже перестал казаться мне классной. Такими темпами я его по дороге на мелкие запчасти разберу. И как у него только нога не оторвалась после такого удара? Ладно, будем надеяться, что он крепче, чем кажется на первый взгляд. Хотя оживать он, конечно, будет очень долго.