— Виселица не была частью программы. В неё ты загнал себя самостоятельно. Мы начали работать сразу, как только об этом узнали. Я искала тебя, но о тебе ведь ни слуху ни духу. Документов нет, представляешься всегда разными именами.
— И давно?
— Что давно?
— Начала меня искать, — пояснил я.
— Ну-у… — протянула она, делая вид, что подсчитывает.
— Не надо, не тужся, — хмыкнул я. — Давай подскажу: пару месяцев назад?
— Прости, — поникла Полина. — Я знаю, надо было сразу… Прости, Брак.
— Да ладно, — отмахнулся я и вернулся к покойнику, чтобы срезать с него майку и завернуть сердце.
— Ну и? — подал голос Ворон.
— Пойду ли я с вами? — догадался, о чём именно хотел узнать он.
— Если не хочешь, можешь вернуться обратно на виселицу, — произнёс он, будто всю жизнь проработал в полиции.
— Серьёзно? — Приподняв брови, я посмотрел на него. — И кто меня туда отправит? Не ты ли⁈
— А если и я! — набычился он и шагнул ко мне.
— Ну попробуй, ёпт! — Отбросив сердце, я схватился за топор. — Давай, пернатый, не ссы. Обещаю, что твоё сердце я не продам, а сожру лично.
— Прекратите, оба! — взвизгнула Полина. — Вы уже достали членами мериться! Как два подростка, ей-богу! Ты с нами или нет? Если нет, можешь валить на все четыре стороны! Но знай: если попадёшься ещё раз, твою задницу уже никто спасать не полезет!
— А я и не просил, — буркнул я и, сунув топор в петлю на поясе, поднял отброшенное сердце. — С телами что будем делать?
— Ты не ответил на вопрос, — скрестив руки на груди, упрямо заявила Полина.
— Как же вы, бабы, любите языками чесать, — усмехнулся я. — Неужели без слов ничего не понятно? Мои вещи вернуть реально?
— Проще достать новые, — ответила Полина.
— Значит, вначале к Стэпу, — кивнул я. — Так, пернатый, ты чё замер? Давай, хватай этого за ноги, вынесем его тушку на солнце. Не хочу, чтоб прихвостни этой Габриелы вышли на нас по запаху.
Трупы мне даже таскать не пришлось. Полина с Вороном подхватили оба тела и, словно пушинки, выволокли их на улицу. Туши сразу задымились. Но процесс этот небыстрый, и чтобы им помочь, я выудил из багажника канистру с соляркой и щедро сдобрил вонючей жидкостью мёртвых выродков. Немного подумав, спустился в подвал и залил дизельным топливом все следы боя. Осмотрелся и приложил себя ладонью по лбу.
Вот ведь идиот. Головы-то тоже нужно в утилизацию отправить.
Что я и сделал, предварительно покопавшись в вещах мертвецов. Однако, не обнаружив там ничего ценного, подхватил головы прямо за волосы и, выбравшись из подвала на улицу, аккуратно установил их поверх тел. Немного отошёл, осмотрел дело рук своих и усмехнулся. Головы стояли таким образом, будто целовались.