Глава 7. Шесть лет голода.
Страница 14 из 34
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 7. Шесть лет голода.

Страница 14

— Игорь… — хрипло, на грани выдоха прошептала она, когда я спустился поцелуями к её ключицам, срывая тонкую блузку. — Быстрее…

Этот шепот сорвал последние тормоза. Нас накрыло безумие, в котором не было места нежности — только дикая потребность раствориться друг в друге, доказать, что мы живы, что мы здесь, вопреки всему миру.

Одним резким движением я избавился от мешающей одежды, заставляя её полностью подчиниться этой бешеной, накопленной годами жажде.

Кира вскрикнула, запрокинув голову, намертво сжала ноги на моей талии и впилась ногтями в мою спину, прямо сквозь старые шрамы. От неё пахло дорогим шелком и тем самым чистым, сводящим с ума женским гормональным жаром, который невозможно сымитировать. Мои пальцы до боли впивались в её бедра, оставляя на нежной коже следы, но она лишь сильнее выгибалась навстречу, требуя жесткости. Каждое её прерывистое всхлипывание, каждый судорожный толчок навстречу были ответом на мою накопившуюся злость. Мы плавили этот офисный стол своей дикостью, стирая в пыль все границы дозволенного, приличия и здравый смысл.

Мы двигались в одном сумасшедшем, рваном ритме. Никаких прелюдий, никакой жалости — только чистый, животный голод. Стол под нами глухо ходил ходуном, ломая тишину кабинета хриплым дыханием, резкими звуками столкновения тел и её частыми, срывающимися на крик стонами. Она выгибалась в моих руках, ловила губами мой воздух, отдаваясь этой вспышке целиком, без остатка. Я чувствовал, как её изнутри затапливает этой же неистовой страстью, как сжимаются её мышцы, требуя большего, глубже, сильнее.

На самом пике, когда сдерживаться стало уже невозможно, я перехватил её под бёдра. Шаг, другой — я почти не заметил, как перенёс её вес, намертво прижимая спиной к толстому, ледяному стеклу панорамного окна.

От этой бешеной разницы температур — её горячей, влажной кожи и арктического холода высотки — Кира резко, со свистом выдохнула. Она ещё сильнее вцепилась в мои плечи, ища опору. Наша страсть стала жесткой, глубокой, на грани фола, выбивающей из неё остатки былой гордости и делового пафоса. За стеклом, на высоте двадцатого этажа, шумела равнодушная Москва, в приёмной испуганно замерла секретарша, а здесь два сильных, выжженных дотла человека заново учились дышать. Вместе.

Этот дневной свет делал всё происходящее до безумия откровенным. Я видел каждую каплю пота на её ключицах, видел, как расширены её зрачки, в которых отражалось солнце и животный страх пополам с восторгом. Она, привыкшая управлять тысячами людей, контролировать миллионные потоки, сейчас была полностью раздавлена моей силой, подчинена моему ритму, и это ломало её гордость с каждым глубоким толчком. Холодное стекло за её спиной вибрировало от наших движений, и эта пульсация отдавалась где-то глубоко внизу живота, приближая неизбежный финал.

назадназад
1 ... 12 13 14 15 16 ... 34
впередвперед