— Чего надо? — с вызовом спросил Лева на формальных правах самого старшего.

— Шоколада, — хихикнул Шпала.

— Не, мармелада, — подхватил Колян.

«Еще одна-две реплики в подобном тоне, и как бы не пришлось разруливать ситуацию», — подумал я. «Пацаны, похоже, все еще уверены, что они находятся в центре Москвы. Совсем за речью не следят. А горячие южные парни бывают такими вещами очень недовольны».

Но в этот раз нам повезло. Пацанам, которые находились за забором, чего-то очень сильно от нас было нужно. И в связи с этим им было совсем не до того, каким тоном мы разговариваем. Ну, во всяком случае, до тех пор, пока мы не перешли какие-то понятные грани вроде оскорблений или задевания их близких. А уж не переходить на личности, как я надеялся, нашим пацанам соображения все-таки должно хватить.

— Пацаны, в общем, помощь ваша нужна, э, — сообщил юный джигит с просящим выражением лица.

— Так, а что все-таки требуется-то? — спросил я, опережая своих товарищей, чтобы они ненароком не сморозили какую-нибудь неосмотрительную ерунду. Все, конечно, люди уже почти взрослые и все понимают, но мало ли — вон не успели поздороваться, а уже расшутились на грани дозволенного. Еще нам только разборок с местными джигитами здесь не хватало. Семеныч тогда не то что меня или Леву — все московское «Динамо» со злости по домам за свой счет отправит и даже выяснять ничего не станет.

— В общем, тут это… — молодой кавказец помялся, еще раз посмотрел в разные стороны и, наконец, объяснил: — Тут рядом продуктовый магазин стоит. Прямо вон там, совсем недалеко! Так вот у них продается домашнее вино. Вкусное, вообще не оторвешься!

— Ну? Продается — так и пусть себе продается. А мы-то здесь при чем? — лениво спросил Лева.

— Ну понимаете, — принялся объяснять кавказец, — мы с пацанами хотели его купить, а нам не продают.

И он минут пять объяснял, что по обычаям местным алкоголь проблематично купить, а вот туристам вино продают, потому что они гости. Но продают из-под прилавка.

— Короче, надо нам вина прикупить, поможете? — заключил джигит. — Смотри: спокойно заходишь в магазин, подходишь к прилавку, пальцем по кадыку щёлк! И спрашиваешь, мол, есть чего-нибудь? Продавец тебе из-под прилавка сразу и вытаскивает это вино. Так все здесь туристы покупают, никаких вопросов вообще!

— А ничего, что мы несовершеннолетние по закону? — улыбнулся я.

Такого поворота кавказец, похоже, не ожидал. Видимо, для него мы выглядели уже совсем по-взрослому.

— Правда, что ли? Эх… Ну… — замялся он. — Ну скажешь, что, например, отцу покупать пришел. Да ну что вы, в самом деле, это же домашнее вино, не магазинное. Его не везут откуда-то по накладным, а тут у нас мужики и делают — кто там чего спрашивать-то будет, кому что надо! Тем более вон у вас какой есть пацан здоровый, — он кивнул на Леву, — со стороны никто и не подумает, что ему восемнадцати нет. У нас ребята из армии приходят, так он взрослее некоторых дембелей выглядит!