А пока что расслабляться было рано. Тем более что Кавказ, помимо невероятных природных красот, всегда был местом довольно-таки жестких ограничений. И это, нужно признать, тоже было одной из причин выбора этой местности для проведения сборов. Когда ты отрезан от всех возможных соблазнов, и даже если тебе удастся вырваться за пределы своей спортбазы, все равно особо разгуляться тебе никто не позволит — хочешь-не хочешь, а придется сконцентрироваться на работе. Выражаясь образно, это было вынужденное культивирование трудоголизма. Хотя, не скрою, у многих где-то на подкорке всегда сидела мысль, мол, «стоит мне только выйти за забор, как я дам такого жару!». Но на практике все понимали, что никакого жару ты не дашь — местные жители тебе очень быстро и доступно объяснят, в чем ты неправ и как здесь следует себя вести, уж если ты приехал к ним, а не они к тебе.

Правда, во всем этом был и другой, весьма существенный нюанс. Какими бы хранителями горских традиций ни были местные жители, все равно в первую очередь они оставались просто людьми, которым тоже иногда хотелось расслабиться. И вообще, каждому человеку независимо от его жизненных принципов, традиций, установок и прочего свойственны, по большому счету, одни и те же слабости. Поэтому лично я совсем не удивился, когда, прогуливаясь вдоль забора нашей базы и рассматривая чудесные горные пейзажи, мы в какой-то момент услышали негромкий голос, разговаривавший с характерным кавказским акцентом:

— Э, пацаны!

Мы переглянулись, не понимая, откуда идет звук и к кому он обращен. Может, это снаружи кто-то переговаривается между собой?

— Да, да, спортсмены, я к вам обращаюсь! — развеял все наши сомнения голос. — Идите сюда!

Поозиравшись, мы наконец смогли разглядеть довольно внушительную дырку в заборе, через которую на территорию спортбазы заглядывала физиономия какого-то местного горячего джигита. Интересно, и откуда в заборах закрытых территорий только берутся такие дырищи? Естественным путем, вроде случайного пробития тяжелым грузом или отваливания пары досок, такой дыры образоваться не может. Здесь явно кто-то постарался специально, причем постарался хорошо.

«Значит, это такой же режимный объект, как и армия», — подумал я, «откуда все, кому надо, прекрасно знают, как нужно бегать в самоволки к девчонкам. И эта дырка, судя по всему, служит кому-то ровно для тех же самых целей. Чем жестче запреты, тем сильнее соблазн их обойти. А уж чем старше нарушитель, тем интереснее его соблазны».

Джигит, впрочем, был примерно наших лет, а может быть, даже и чуть-чуть помладше — просто южные парни всегда выглядят немного постарше, чем есть на самом деле.