— Здравствуйте.
— Прии-вет! — проскрипел я и дурашливо помахал ей рукой.
— Доброго дня вам, Ольга Александровна, — с достоинством ответила Татьяна Николаевна.
— В общем так, на курсе сформировались группы, и я хочу всту… то есть чтобы вы меня при́няли в вашу. Её называют «отверженные».
— Не, так не пойдёт, — в свою очередь возмутился я, — что это за название. Я хочу «Скотобойню», «Мясорубку» или, на крайний случай, «Мясницкий ряд»…
— Я против, — серьёзно заявила Демидова.
— Ну, хорошо, можно назвать, например, «Мясная лавка»… — гнул своё я. — или если вам, так уж не нравится, то… а… вот, не знаю, «Воины пустошей». Хотя, по-моему, слишком пафосно.
— Нет, я против — неё! — сухо сказала Татьяна Николаевна. — Ситуация мне понятна. Наша группа на третьем месте в рейтинге курса. У меня высокая академическая успеваемость, он, — Демидова качнула в мою сторону головой, — сильный боец, и грамотный сталкер, обладающий немалыми доходами. А что нам можете предложи́ть вы?
— Я прошу прощения, — прекратил валять дурака я. — Дело даже в другом. Всякий коллектив содержит в себе определённые роли. Это лидер, вокруг которого сплачивается бо́льшая часть людей, антилидер, против которого они дружат и, наконец, маргиналы. Те, кто в этой системе отсутствуют. Мы есть, но нас как бы нет. Вы из самой первой категории и к нам отношения не имеете. Зачем вы здесь?
Лисица какое-то время молчала, а потом заговорила:
— У нас с вами больше общего, чем вам кажется, — вид у неё сейчас был очень серьёзным. — Я тоже на вершине одного из рейтингов. Как и вас, меня многие не любят. Кроме того, я тоже не собираюсь проигрывать.
— Не любят — это антилидер, — проскрипел я. — Мы маргиналы, нас вообще нет. Мы невидимки…
— Где угодно, но только не в рейтинге, — отрезала Лисица. — В нашей группе лишь у нас троих есть шанс остаться. Остальных вышибут.
— Вы не знаете, что будет дальше, — проскрипел я. — Я каждую ночь провожу в пустошах и рискую не вернуться.
— У тебя там наёмная дружина и ручной медведь, — ещё резче ответила Ларина.
— Потапыч не дрессированный, он пробуждённый, — всплеснул руками я. — У него изба и пасека — всё на фарше… из врагов. А ещё они по ночам с Муркой и Карлом по пустошам болтаются. Одного-оденёшенького меня бросают, — притворно расстроился я.
— С той блондиночкой в зелёном… — не выдержала Демидова. Обе девицы пристально уставились на меня.
«Да вы вообще на чьей стороне⁈.», — хотел я закричать Демидовой, но удержался.
— Я бы попросил не оскорблять госпожу Энгелэд, — возмущённо проскрипел я вслух, — она честная девушка. И, если вам хочется, я готов объяснить, как проводится обряд оживления, который они используют.