— У нас, американцев есть традиция, — объявил водитель уже, по ощущениям, на подъезде к финальной точке маршрута. — У вас, японцев, такой нет. Чаевые. Благодарность за хороший работа.

А нет у нас таких порядков по той причине, что японцы и так всегда стараются работать хорошо, не дожидаясь за выполнение своих обязанностей дополнительной благодарности. Считаю, что это правильно. А мой внутренний параноик еще и предположил, что идея ехать быстро и сбавить скорость по просьбе исходит от того же желания заработать. Том так демонстрирует, какой он хороший. Стоит ли поощрять подобные мошеннические схемы? Мой внутренний скряга был готов принять точку зрения параноика, но… с другой стороны, у бедолаги Тома наверняка не самая большая зарплата и этот заработок с чаевых — ощутимая её доля. То, как американские компании перекладывают часть оплаты труда сотрудников на плечи клиентов, заставляя людей становиться попрошайками, выглядит отвратительно. Но водитель же в этом не виноват. Он в данной ситуации жертва.

— Here’s your tip, Tom. Thanks for the ride (Вот ваши чаевые, Том. Спасибо за поездку), — Мияби протянула парню десять долларов и тот их взял.

Деньги я разменял еще в аэропорту Токио, воспользовавшись автоматом-обменником — вбросил в него триста тысяч йен и получил две с небольшим тысячи долларов. Вот эту небольшую часть, чуть менее ста долларов, и присвоила моя супруга. «На сувениры», как она сказала. Вполне логично рассудив, что даже если ее кто-то ограбит, потеря окажется не так и велика, передал деньги.

Тем более, что сувениры покупать на самом деле придется. Омияге — традиция делиться с другими людьми своим путешествием. Не привезти ничего — значит, выказать большое неуважение. Непременно требуется что-то подарить друзьям, родственникам, коллегам, начальнику. Обязательно начальнику. Так и представляю, с какой холодностью Асагава-сан примет бутылку местного алкоголя или набор гавайских сладостей в премиальной упаковке. Красивая обертка ведь не менее важна, чем содержимое.

Место, куда привез нас улыбчивый чернокожий, напомнило мне деревню. Даже не пригород. Невысокие одноэтажные домики, не очень хорошие дороги, с ямами и ухабами, редкие местные жители, куда-то бредущие без всякой спешки. Пальмы и банановые деревья, растущие повсюду. И, конечно же, его величество Океан, как будто бы являющийся продолжением раскинувшегося над нами чистейшего неба, без единого признака облаков.

Ресепшн гостиницы — такой же домик с совсем крошечной вывеской Waimanalo Beach Cottages даже не над входом, а рядом с калиткой. Том помог нам вытащить чемоданы и, приветливо помахав, уехал. Прошли в административный домик, где нам встретились, наконец-то, гавайцы. Мужчина за тридцать моего сложения, полный и улыбчивый, но с несколько гротескными чертами лица. Полностью лысый — его затылок настолько морщинистый, что напоминает шарпея. И девушка, почти полная противоположность мужчины — молодая, возможно, даже несовершеннолетняя, и в целом симпатичная. Разве что кожа темновата для соответствия стандартам, но тут уж даже мы с Мияби за время отпуска потемнеем, климат такой.