Полный водитель по имени Питер отвез нас обратно к красным женщинам.

— Спасибо, — поклонился я им обеим. На этот раз они обе переоделись в одинаковые огненно-алые платья с пышными юбками. Выглядят так, будто собрались танцевать на этническом празднике. Какая из них Первая, а какая Вторая — визуально стало неразличимо, но вот акцент в японском все еще различается. «Номер один» говорит несколько чище.

— Молодец, что понял, — сказала она. — Ты свой подарок получил, теперь подожди на улице, твою женщину одарим. Чего встал? А ну вон из дома, а ты, Искорка, пошли.

Минут через десять Мияби отпустили, переодев в такое же платье, что и на незнакомках. Пышная юбка, облегающий верх, подчеркивающий безупречную форму груди, открытые плечи, небольшой красный цветок гибискуса в волосах и немного косметики. Сейчас девять из десяти незнакомых людей приняли бы мою жену за местную жительницу. Хотя изменений во внешности минимальное количество.

— Поехали, Макото, мы успеваем в аэропорт, — позвала девушка. — Мне тут понравилось, но я немного устала.

Всю дорогу она была какой-то задумчивой и даже задремала, положив голову ко мне на плечо. О том, чем ее одарили красные женщины, моя супруга умолчала. Возможно, всего лишь новым нарядом, но кажется, что нет. После непродолжительного отсутствия она стала чуточку уверенней в себе.

Насчет того, кто они такие, у меня разные версии сформировалась. Потом спрошу у Амацу-сенсей, насколько я неправ. По моей первой гипотезе, красные женщины — хозяйки вулканов. Бессмертные и нестареющие, присматривающие за огнедышащими горами и способные устроить всплеск лавы, чтобы вдохновить незадачливого туриста, передавшего весточку от японской родственницы. От какой именно? Если быть нескромным и дать волю фантазии, не сдерживаясь, то на ум приходит Конохана Сакуя-химе, покровительница горы Фудзи. Вот она потешалась, наверное, когда я из озорства назвал Амацу-но-Маэ Конохой. Но, может быть, всё это домыслы. Скорее всего, не она. Это попросту слишком. С тем же успехом можно сказать, что наша Безымянная — это сама Инари, а ее сходство с гавайскими сестрами в том, что они тоже богини. Перебор! Однозначный. Хотя рецепт салатика у них, без обмана, божественно выверенный.

Заснула в самолете, надо признать, не одна лишь Мияби, но и я сам. Надеюсь, что не храпел. Только в кресло уселся, как меня сморило и глаза закрылись сами собой. И приснился мне, конечно же, Хидео-сан и его афёры. Он притворялся ронином, выступающим посредником при заключении сделок. Получал предоплату и исчезал, забрав всё себе. Изображал чиновника сёгуната, направленного в провинцию с инспекцией, и брал взятки за сокрытие нарушений. Присоединился к странствующему театру и просто играл в нём несколько месяцев, оттачивая актерское мастерство, пока не наскучило. Продавал поддельные мощи Будды, якобы хранившиеся в отдаленном монастыре. На деле кости даже не были человеческими, принадлежали обезьяне. Выступал в качестве накадо, то есть свата, подбирал невест и женихов за плату. В чем здесь был обман — я не очень понял, так как браки, созданные тем, другим Макото, выглядели крепкими и счастливыми. Может быть, дело в том, что кто-то неизменно обворовывал обе семьи, пока те веселились на свадьбах?