Тут важно другое. В джунглях наши противники будут всяко кучнее идти, чем бы двигались в пальмовой роще. Разделяться здесь — чересчур большой риск. Перебьют по одиночке — и прощай, победа. Пятеро воинов — это не пятёрка воинов, где каждый прикроет друг друга.

В общем, у меня нет сомнений в том, что народ станет прочёсывать остров единым отрядом. И это нам на руку. Наше дело простое — дождаться гостей, не позволив им обнаружить себя, и напасть на них в подходящий момент.

Всё! Явилась зверушка. Лишние мысли прочь. Как же тихо крадётся… Смог заметить поганца, лишь когда тот почти уже к самым корням подобрался. Сейчас бросится. До меня ему с земли не допрыгнуть. По стволу рванёт ящеркой. Сам я пока не имел удовольствия видеть, как проворный зверь на деревья взбирается, но мужики говорят, что у гада то очень ловко выходит.

Ох! Когтистые лапы застучали по древесной коре. Тварь рванула в атаку. Скорость страшная. Те десятки локтей, на которые у ловкого меня ушло полминуты, ящер преодолел за считанные секунды. Я едва успел среагировать. Кабы мне нужно было всего лишь рукой махнуть — одно дело. Но ведь я же ещё и свесился с ветки, чтобы ударить наверняка.

Впрочем, вышло всё даже лучше, чем я рассчитывал. Раскроив по пути череп зверя, выпущенный мной на всю свою саженную длину клинок заодно вспорол и грудину полетевшего вниз чудовища. Считай, смог его наполовину вскрыть. Долго с трупом возиться теперь не придётся.

— Спускаемся.

Осторожно сползли на землю и всего за минуту достали звериное сердце из распоротой туши. Семя — мне, бобы — всем. Теперь снова бодры, сон не сморит. Это важно. В засаде нам долго сидеть. Но сначала до места последней ещё нужно добраться.

Проводив взглядом еле заметно мерцающую во тьме ночи нору, мы, крадучись, двинулись в сторону журчащего неподалёку ручья. Дальше пойдём уже по нему, чтобы точно не оставить следов. Дары дарами, а опытный охотник и без них беглецов найти сможет, если не стеречься дорогой. В этом влажном лесу земля вечно мягкая. Наступать на открытые участки нельзя. Ставим ноги туда, где зелёной подстилки побольше. Так меньше заметно, что здесь люди прошли.

Через десять минут мы на месте. Заросли раскидистых папоротников облепили здесь левый берег ручья густым пологом. Высоты в этой поросли — здоровенному Свену по пояс. Забирайся поглубже и смело на землю садись — с головой в кустах скроешься. Мы по светлому проверяли — засевшего здесь человека с трёх шагов йока с два разглядишь.

Прямо с русла, по которому шли, нырнули вглубь зарослей и, устроившись поудобнее, замерли. Тишина — наше всё. Не заметить-то нас не заметят, а вот шум может выдать. Благо, мирно журчащий ручей заглушает все малые шорохи.