— Добрый вечер, Михаил Доронин, — улыбнулся он, — в этот раз вернулись до темна?
Я хотел поправить его. Моя фамилия не Доронин. Паспорт уже отправлен на изготовление, теперь я Рассказов. Но слишком долгое объяснение патрульному было лишним. Лучше поделюсь этой новостью какому-то более приятному собеседнику.
— Что случилось? — поинтересовался я. — Снова штрафы?
— Нет. На этот раз хуже…
Он протянул мне лист бумаги.
— Вам повестка в суд, — заявил участковый, — завтра в 14:00.
Повестка в суд. Я не сразу понял по какой причине она попала ко мне. И не то, чтобы причин не было. Подтянуть можно за что угодно, если сильно захотеть. Мне было интересно узнать за что именно.
Оказалось, что причина весьма свежая. Тот самый мерзкий мужик в баре все-таки пожаловался власти о незаконной продаже Ядра.
Кто он и зачем ему это нужно? Не понятно…
Я не повелся на его попытки шантажа. Но он почему-то решил, что это именно тот случай, когда нужно довести дело до конца. Что ж, суд меня не пугал. За свои поступки я уже давно научился отвечать.
Отложив повестку, я вошел в дом.
Это старое, невзрачное строение уже стало для меня не просто местом ночлега и временного пребывания. Это место куда я мог прийти после трудового дня и расслабиться. И здесь меня ждали, поддерживали и понимали. Поэтому я называл это место домом.
Дом — не арена для войны. Единственное место в мире, где я не воевал. А для меня, как для воина, иногда требовалась пауза. Для того, чтобы после хорошего отдыха снова ворваться в этот мир.
— Миша! Наконец-то, — встретила меня Даша. — Тебя не было несколько дней.
— Привет, сестренка, — улыбнулся я, — такова судьба охотника.
— Удачная охота?
— Можно и так сказать… — ответил я.
Я прошел на кухню, где меня ждала мать. Она занимала привычное место, за плитой.
— Голодный, небось, — вздохнула она, — вас там вообще кормят?
Честно сказать, в лагере кормили нас на убой. А в Пустоши с этим было куда сложнее…
— Да, — кивнул я, — но от еды я бы не отказался.
На ее губах появилась осторожная улыбка. Я встретил ее взгляд и в нем читалась смесь глубокого волнения и радости. Безграничная любовь и счастье от встречи, но с какой-то скрытой тревогой.
— Что ж, — вздохнув, сказал я, — пришло время сделать важное заявление.
Взгляды матери и сестры застыли в ожидании.
— Сегодня я подтвердил статус барона, — улыбнулся я. — Теперь официально, мы аристократы. Род Рассказовых восстановлен и будет развиваться!
— Что? — будто не поверила Даша.
— Уже? — удивилась мать.
— Да, — кивнул я, — вам требуется сделать то же самое, кстати.