— Летел над лесом с ведьмой на метле. Думаю, она везла, сам вряд ли левитировать умеет. Я их сбил, потом нашли его в куче говна, — сказал хиппи.

— Говна? — сморщился очкарик и посмотрел на меня, видимо, восприняв слова буквально.

— Ну, мусора, — раздражённо пояснил хиппи, — не цепляйся!

— Что ещё про него известно? — спросил очкарик.

— Ничего! Тебе оставили возможность с ним побеседовать, ты же у нас специалист! — сказал хиппи, — замешан ли он в том, что творится на берегу, я не знаю, но думаю, что да. Наглый больно. Весь поломанный, а хамит.

— А зачем вы его поломали? — удивился очкарик, — просто так ломать не нужно было. Я бы сам поломал, но точечно, чтобы повысить коммуникабельность.

— Говорю же, они летели, я их сбил. Наверное, пока падал, поломался, — снова начал раздражаться хиппи.

— А ведьма где? — спросил очкарик, — с ведьмой очень интересно было бы пообщаться! Ни разу эти сучки ко мне в руки не попадали!

— Не знаю! — хиппи уже еле сдерживался, чтобы не сорваться, — ищут её пока! Кстати, оборотни твои, плохо слушаются! Проведи воспитательную работу!

— А я говорил, что их ещё рано брать в дело! — возмутился критикой очкарик, — они ещё не готовы. Я их ещё не доломал, взбрыкивают периодически. С ними ещё пару месяцев работать надо, чтобы шёлковыми стали.

— Ты же знаешь, кто это решение принимал, — сказал хиппи, понизив голос, — сюда все силы стянули. Готов, не готов, неважно! Всех в дело пускают. С людьми то же самое. Даже тех, кого вчера завербовали, без всякой подготовки уже везут сюда и по отрядам рассовывают. Видимо, сильно припекает!

— А главное, непонятно зачем! Зачем им эти бабы? Зачем им этот конвой сдался? Копили, копили ресурсы. Людей собирали и учили, и теперь всё это вылетает в трубу! — вздохнул очкарик, — не удивлюсь, если половину бойцов уже угробили.

Они увлеклись разговором и про меня как будто забыли… или не воспринимали за человека, а в их глазах я был расходный материал, который нужно допросить и утилизировать.

Однако, судя по всему, разговоры они вели крамольные, в какой-то момент до обоих это дошло, и они медленно повернулись в мою сторону.

— Не волнуйся, — усмехнулся очкарик, обращаясь к хиппи, — когда я с ним закончу, он если и будет жив, то максимум что сможет делать, так это под себя ходить!

— Ладно! — тут же успокоился хиппи, видимо, методы очкарика знал хорошо и доверял ему, — пойду, посмотрю, что там с поисками ведьмы.

Очкарик встал из-за стола, подошёл ко мне, достал из кармана прибор, который я тут же узнал. Это был манометр! Точно такой же, как дал нам добрый Папа за работу, и который, так и остался у Амины.