— Вообще-то, это нечестно! — сказал я, — про это я и так знал! Да, без подробностей, но Амина говорила про что-то подобное, и я вполне мог вытянуть со временем из неё дополнительную информацию. В общем, незачёт!
— Я это знаю! — склонила голову набок Оракул, — поэтому подскажу тебе конкретный вариант. Тебе нужно переспать с настоящей египетской принцессой.
— Чего? — открыл я рот.
— Говорю же, секс должен быть невозможным, — рассмеялась Оракул.
— Лишний раз убеждаюсь, что с тобой нельзя связываться! — сказал я, — хорошо ещё, что я просто сплю!
— Вовсе нет! — звонко рассмеялась Оракул и вдруг рассыпалась множеством хрустальных искорок, — трахни принцессу! — донеслось до меня уже откуда-то издалека.
После этого я очнулся.
Очнулся я всё там же. Посреди комнаты, на полпути до двери. Меня знобило, я подтянул к себе оказавшееся в стороне одеяло, и, укрывшись им, пополз обратно к кровати. Сил встать на ноги не было совершенно!
С трудом забравшись на постель, я отдышался, как от долгого восхождения на гору, и вдруг понял одну вещь! У меня не было маны! Совсем! Ноль! Зеро! И сейчас я помнил, что уже однажды переживал это состояние. А именно, при прошлой встрече с Оракулом.
Это что же получается, всё это было не сном? Всё это было по-настоящему? Но в то, что ко мне приходили Рита и Алиса, я не очень верил. Это больше походило на плод моей фантазии… или это изначально была Оракул, которая просто принимала образы близких мне людей?
Всё это было сложно, мозг не хотел думать… более того, он не хотел и бодрствовать, и я снова отключился. Но в этот раз спал я более «традиционно». Сны были как сны, без погружения и ощущения реальности. Да, там тоже хватало бреда и фантасмагоричности, но всё же это были именно сны.
Хотя и они были не совсем простыми. Перенесённые мной приступы боли, судя по всему, связанные с открытием чакры, сопровождались возвращением воспоминаний. Их было много, и внутри меня как будто встретились две личности: старая и новая. Они не очень сильно, но отличались друг от друга, и им нужно было примириться. Ведь теперь они будут делить одно тело!
Точнее будет сказать, что они должны не примириться, а срастись. Раздвоение сознания мне было совершенно не нужно.
Я спал, и во сне понимал, что сплю. Кружащиеся вокруг меня образы и воспоминания постепенно упорядочивались, приходили в норму, и мне казалось, что теперь я помню всё! Хотя, наверное, так оно и было.
Моя новая личность, получая старые воспоминания, не переставала удивляться. Например, я был потрясён Аминой! И тем, что мы считали её погибшей, но она каким-то чудом уцелела, и тем, что она пожертвовала собой, уничтожив Воланда. Если прибавить к этому воскрешение сначала Зои, а потом и меня, то получалось, что в моей жизни она была отнюдь не проходным персонажем, хотя и знакомы мы с ней были совсем недавно.