Жрица кивнула.

— Честная сделка, — холодно сказала она. — Будем ждать вашего возращения. Принесите мне голову их лидера в доказательство.

Она повернулась, её плащ колыхнулся, а мы, выждав несколько секунд, двинулись на выход. Тёмные эльфы, стоявшие по бокам, расступились, но их серебристые глаза не отрывались от нас. Я чувствовал их взгляды, как холодные иглы, впивающиеся в спину.

Когда мы оказались снаружи, напряжение спало, и я выдохнул. И вправду, обошлось без сюрпризов.

— Выдвигаемся, — я махнул рукой. — Так уж вышло, что двигаться нам нужно в одном направлении. Начнём с цветка, там же рядом задание от жрицы. Ну и до деревни дворфов в снегах — пара дней пути оттуда. Нам повезло, что у нас есть транспорт. Иначе двигались бы туда целый месяц.

Путь к заснеженным пикам занял неделю, и каждый день был как отдельная глава в книге, полной холода, ветра и напряжения. Арахнотанк несла нас через Внешние земли с упрямой уверенностью. Её восемь лап с хрустом вгрызались в землю, оставляя за собой глубокие следы в чёрном мху и камнях.

Первые дни пути мы пересекали леса, где сосны тянулись к небу, их кроны качались под порывами ветра, а хвоя устилала землю густым ковром. Иногда Куколка задевала низкие ветки, и они с треском ломались, осыпая нас дождём иголок. Димон, сидевший с краю, каждый раз ругался, стряхивая хвою с волос.

— Чёртова природа, — проворчал он, стряхивая очередную ветку.

Катя фыркнула, её светлые волосы качнулись.

— Не ной, — насмешливо сказала она. — Лучше, чем пешком топать.

Я смотрел на команду и мысленно улыбался. Уже столько всего позади, но никто не жалуется на усталость и ни разу не заговорил о возвращении в Авалон. Как ни крути, мы неплохо сработались.

Валёк сидел возле Димы, и его массивная фигура занимала больше места, чем у любого из нас. Он молчал, лишь его взгляд скользил по пейзажам, но я чувствовал, что он следит за каждым нашим движением.

Команда реагировала на него по-разному.

Димон бросал на него косые взгляды, будто он ждал, когда Валёк сделает что-то не то. Катя наблюдала за ним с холодным любопытством, её тёмные глаза изучали его, как хищник добычу. Олеся, наоборот, смотрела на него с жалостью. Юки был равнодушен — его лицо оставалось непроницаемым, но я знал, что он оценивает Валька, как потенциальную угрозу или союзника.

Ауриэль иногда просила меня сесть рядом со мной. Это время она тратила на некое «общение» с Куколкой. Между ними явно появилось взаимопонимание.

Леса сменились холмами, где трава была пожухлой, а ветер бил в лицо так, что щёки горели. Паучиха карабкалась по склонам, её лапы цеплялись за камни, иногда срывая их с места. Камни с грохотом катились вниз, и Димон каждый раз шутил, что когда-нибудь мы устроим лавину. Лена закатывала глаза, но я видел, как её губы дрогнули в улыбке.