Природа вокруг менялась с каждым часом. Ещё недавно равнина напоминала знакомый мир: выжженная солнцем земля, усеянная валунами, редкие колючие кусты и багровое небо. Но через пару часов почва под лапами Куколки стала твёрже, покрываясь чёрным, словно обугленным слоем, из которого торчали острые каменные шипы. Воздух стал тяжёлым, а горизонт затянула дымка, будто где-то вдали тлели невидимые костры. Куколка настороженно щёлкала хелицерами, будто чуяла напряжение.

Спустя время пейзаж стал ещё мрачнее. Каменные шипы сменились глубокими трещинами, из которых поднимались тонкие струйки пара. Земля под ногами покрылась тёмным мхом — мягким, но липким, как паутина. Деревья — если их можно было так назвать — были искривлёнными, с чёрной корой, покрытой светящимися голубыми наростами. Из трещин доносились низкое гудение и шорох, а иногда — далёкий и необъяснимый вой, от которого волосы вставали дыбом.

К ночи природа стала совсем чужеродной. Мох под ногами стал гуще, а трещины в земле светились ярче, испуская зеленоватый свет, будто под землёй горели невидимые огни. Воздух стал холодным, с металлическим привкусом, а звуки — шорохи и скрежет — громче. Скалы вокруг нависали, как лезвия — их зазубренные края отбрасывали тени, похожие на когти. Между ними тянулись нити паутины, и Куколка, заметив их, оживилась, будто почувствовала соперника.

— Мы близко, — тихо сказала Ауриэль, её серебристые волосы слегка шевелились от ветра. — Город тёмных эльфов находится под землёй. Мы уже рядом, взгляни на карте?

Я замедлил Куколку, глядя на огромную трещину впереди, из которой поднимался холодный пар.

— Ещё нет, и сегодня не доберёмся. Давай вперёд, подруга, нужно найти нам вменяемое место для ночлега, — паучиха чуть шевельнула головой и вновь набрала скорость.

— Что ты знаешь о тёмных эльфах? — спросил Юки, обращаясь к Ауриэль.

— И вправду, Аури, — сказала Олеся, вцепившись в ремень. — Твой народ ведь хоть как-то ближе к ним.

— Ты точно знаешь больше, чем мы, — добавила Лена.

Ауриэль обвела нас взглядом — её глаза были спокойными, но в них читалась осторожность.

— Тёмные эльфы — не просто разумные, они древние, — мягко сказала она. — Их культура построена на чести, но честь эта… сомнительна. Мы не признаём их. Они гордые, замкнутые, и их доверие трудно заслужить. В их поселениях правят жрицы и маги, и их слово — закон. Они поклоняются силам тьмы, но не демонам, а чему-то более… сложному. Древним богам и богиням.

— И как себя с ними вести? — спросил я, чувствуя, как напряжение в груди нарастает.