Вопрос прямой, жесткий, без обиняков.

Я смотрел ему в глаза, не отводя взгляда.

— Потому что я здесь, — сказал я просто. — Если бы я был агентом, я бы не пришел. Я бы собирал информацию издалека, через третьих лиц, оставаясь в тени. Я бы не рисковал встречей с вами лично. — Я положил котелок на стол. — Но я спас Чабриновича. Потому что хочу помогать. И потому что понимаю: без доверия дело не будет.

Дмитриевич не ответил сразу. Просто сидел, изучая меня тем же тяжелым взглядом.

За окном пролетела птица, тень скользнула по полу.

— Хорошо, — наконец произнес он. — Посмотрим.

Он открыл папку, достал несколько листов бумаги, положил передо мной.

— У меня для вас есть поручение, господин Соколов. Проверка, если хотите. Проверка вашей искренности, вашей надежности, вашей готовности служить делу. Еще одна.

Я наклонился вперед, глядя на бумаги. Список имен, написанных четким почерком. Боснийские фамилии.

— Через три дня, — продолжал Дмитриевич, — вы поедете за город. В учебный лагерь. Там группа молодых людей из Боснии готовится к важной миссии. — Он сделал паузу. — Они учатся стрелять. Обращаться с взрывчаткой. Готовятся к действиям против австрийских властей.

Я поднял глаза на него.

— Ваша задача, — сказал Дмитриевич, — сопроводить их туда. Остаться с ними несколько дней. Оценить их готовность. Понять, кто из них надежен, а кто может сломаться под давлением. — Он постучал пальцем по одному из имен. — Особенно вот этот. Гаврило Принцип. Худой, фанатичный юноша. Майор Танкович считает его лучшим. Я не уверен. Хочу, чтобы вы посмотрели на него своими глазами.

Я кивнул медленно.

— Это подготовка к покушению.

— Да.

Прямой ответ, без недомолвок.

— На кого?

— Это вы узнаете позже, если пройдете проверку. — Дмитриевич закрыл папку. — Пока что вам достаточно знать, что эти люди важны для нашего дела. Их нужно подготовить правильно. Они слишком горячие, слишком молодые. Могут наделать глупостей. — Его взгляд стал жестче. — Вы должны стать для них голосом разума. Не остужать их пыл, но направлять в нужное русло. Научить думать, а не только чувствовать.

Он встал, подошел к окну, стал спиной ко мне.

— Если вы справитесь, — сказал он, глядя в окно, — вы станете одним из нас. Полноправным членом организации. Получите доступ к планам, к связям, к ресурсам. — Повернулся, посмотрел на меня. — Но если вы провалитесь или если я пойму, что вам нельзя доверять… — Он не закончил фразу, но смысл был ясен.

Я встал тоже, взял котелок.

— Я понял, господин полковник.

— Хорошо. — Дмитриевич подошел к столу, написал адрес на листке бумаги, протянул мне. — Запомните. Явитесь сюда послезавтра, в шесть утра. Будьте готовы к нескольким дням вне города. Возьмите минимум вещей.