— Оу, тебе не стоило так рисковать, — он растерянно моргнул и приложил руку к сердцу.

— Ты мне дорог, — честно сказал я, пожав плечами. — Но только в меру, так что не зазнавайся.

— В меру? — возмутился он. — Да я твой самый близкий друг!

— Ну так оно и есть, — отмахнулся я.

— Серьезно, Макс, — сказал он, стукнув меня кулаком в плечо, несильно, но ощутимо. — Тебе правда не стоило подвергать себя такой опасности ради меня. Я же написал вам, что в безопасном месте. Мне ничего не угрожало.

— У твоей сестры было множество других теорий, — возразил я и поднял ладонь, чтобы остановить лавину его вопросов, которая явно надвигалась. — Тебе придется поговорить об этом с ней. Но знай, что я ухватился за малейшую возможность найти тебя, чтобы хоть немного облегчить неизвестность, от которой она сама себя изводила.

— Согласен, нам с ней нужно о многом поговорить, — сказал сокол, потерев пальцами переносицу. Видимо, живо представил себе разнос, который ему устроит сестра.

— И ты все еще не можешь никому сказать, где был все это время? — прямо спросил я, не желая юлить, но и давить не хотелось.

— К сожалению, не могу. Это было бы величайшим предательством по отношению к тем, кто меня укрывал, — устало вздохнул он.

— Тогда тебе придется отбиваться от своей сестры. Советую зашить рот наглухо, иначе она все равно вытянет из тебя правду, — улыбнулся я и сочувственно похлопал его по плечу.

— Да уж, спасибо за совет, — он отмахнулся от меня и забрал поводья. — Значит, Энджи, да? Ты взял ее как наложницу? Или в качестве жены?

— Ты чего, нет, — фыркнул я. — Мы договорились, что я спасу ее от торговцев, а за это она будет работать у нас в поместье.

— Ох… Правду говорят, чем выше поднимаешься, тем больнее падать, — процедил он сквозь зубы, и тон его мне совсем не понравился. — Знаешь, многие Ашеры взяли бы ее наложницей просто для повышения статуса.

— Ты совсем меня не знаешь, если думаешь, что меня вообще волнует статус, — такие разговоры меня злили, даже если это была шутка.

— Нет, я прекрасно тебя знаю, Макс Медведев, — Сет внезапно посерьезнел, что меня сильно озадачило. — Ты человек с характером, праведный и благородный. Я рад, что могу называть тебя другом и братом.

— Ты говоришь так, будто прощаешься со мной, — мне вообще не нравился его тон. Было такое ощущение, что через пару минут Сет сообщит, что смертельно болен или что-то вроде того.

— Макс, если Совет признает меня виновным, меня казнят. Я должен был воспользоваться этим моментом, чтобы вытрясти из тебя одно обещание… ты сохранишь свою жизнь, потому что ты — это все, что осталось у моей Шелли. Она жила в аду, пока ты не появился, и никто ничего не мог с этим сделать.