— Максим, я тоже тебя люблю, — прошептала Шелли, заворожённо глядя мне в глаза. Она положила свои руки поверх моих и поглаживала запястья большими пальцами. Слёзы на щеках высохли, она больше не плакала. — Ты не оставишь меня?
— Наоборот, планирую провести остаток дней рядом и сделать тебя по-настоящему счастливой, — сказал ей также спокойно, словно констатировал неоспоримый факт, рассказывая, какое небо голубое или насколько горячий огонь.
Видимо, эти слова произвели на Шелли сильное впечатление, потому что в следующую секунду она уже страстно прижималась к моим губам в жарком поцелуе.
Когда мы отстранились друг от друга, она тяжело дышала.
— Макс… — она прикусила нижнюю губу, зрачки расширились от возбуждения, превратившись в две чёрные бездны, в которых я добровольно тонул. — Возьми меня.
— Ты такая красивая, — сказал Шелли, нависая над ней. Она лежала на низеньком диванчике и притягивала меня к себе, словно магнит. Водопад рыжих блестящих волос падал на пол, правая рука закинута за голову, а левой она водила по моему лицу, шее, плечам.
— Мне так хорошо с тобой, — прошептала она в своей томной манере, этот тон каждый раз отзывался во мне приливом желания.
Стараясь не забывать о её поврежденной ноге, поставил колено между разведёнными бёдрами и, опираясь на руки по обе стороны от её головы, наклонился, целуя в горящие щёки, лоб, дерзко вздёрнутый носик, мягкие губы и нежную шею.
— Да! Целуй меня, — страстно шептала Шелли и потянула меня на себя. Я пытался действовать осторожно, но ей это, видимо, было не так уж и нужно. Шелли явно считала расстояние между нами лишним, поэтому, закинув здоровую ногу мне на бедро, резко дёрнула на себя, так что я практически распластался по её распростёртому на диване телу.
Она вздрогнула и откинула голову на подушки, но не от боли. Судя по тому, как она выгибалась мне навстречу и мелко дрожала, удовлетворение собственной похоти и желаний сейчас преобладало в ней гораздо сильнее, чем беспокойство о травмированной ноге. Когда она прижималась ко мне грудью, сквозь тонкую ткань блузы для верховой езды, которая какого-то чёрта ещё находилась на ней, чувствовал её возбуждённые соски, что стояли торчком, и это сводило меня с ума.
Я инстинктивно прижался готовым к бою членом к её киске, прикрытой брюками, и несколько раз толкнул. Ух, поскорее бы избавиться от одежды, уже не терпится почувствовать её жар.
— О-о-о, я чувствую, как растёт твоя страсть, — хихикнула Шелли и сама подалась мне навстречу, потеревшись о мой твёрдый член. Это ж надо такое придумать!