— Три чашки назад ты не мог вспомнить своё имя, а теперь заметь,сидишь в постели и споришь с тем, кто знает лучше тебя! Так что будь добр, выпей и скажи спасибо, — безапелляционно отчитала его мадам Брайт.

— Это правда, — покаянно вздохнул Сет, принимая из её рук чашу. Мне показалось забавным, что он сдался так легко, как будто ему доставляло истинное удовольствие, что вокруг него суетились и уговаривали. Фамильярность между этой парочкой дала понять, что знакомы они уже очень давно.

— То-то же! — хихикнула летучая мышь. — Как был капризным мальчишкой, таким и остался.

— Ты самая ужасная ведьма из всех! — проворчал Сет, скорчив гримасу, и заглянул в глиняную чашку так внимательно, будто там написана его судьба. Затем он зажмурился, зажал рукой нос, залпом проглотил напиток и передёрнулся.

Такое ощущение, что она его болотной водой отпаивает! Не знаю, что там такое, но оказаться на его месте мне бы точно не хотелось.

Отдышавшись, он пробормотал что-то невнятное и явно нелестное по поводу отвара, и отдал посудину жрице. — Бр-р-р!! Ужасно!

Сет демонстративно закашлялся, поморщился и начал отплёвываться, что на мадам не произвело абсолютно никакого впечатления, а вот я не смог удержаться от смеха.

Шелли должна быть счастливой, именно поэтому я так радовался его стремительному восстановлению. Она уже познала жизнь, полную горя, и мне хотелось, чтобы она узнала и другую её сторону, радостную. А это стало бы невозможным, если бы с Сетом что-то случилось.

— Ведёшь себя хуже ребенка, — щёлкнула языком мадам Брайт, ставя чашку на приставной столик. Там уже стояла целая батарея из стеклянных флаконов с засушенными травами, корешками и какой-то жижей. В принципе, если она умудрилась впихнуть в своего пациента всё это, его поведение можно понять и простить. — У тебя гость.

— Медведев! — радостно воскликнул Сет, когда наконец заметил меня, прислонившегося к дверному косяку. — Входи скорее.

Он указал на край кровати. И хотя молодой человек казался оживлённым и набравшимся сил, то, как он придерживал раненый бок и морщил лицо от боли, усаживаясь прямее, напомнило, в каком состоянии он появился здесь всего несколько часов назад.

— Привет, дружище! — я сжал его руку, протянутую для приветствия, присаживаясь на постель. — Как твои дела?

— Беспокоиться нечего, раньше случались ранения и посерьёзнее, и я прекрасно восстанавливался при меньших хлопотах, — он улыбнулся, но я почему-то ни на секунду не поверил его словам, поэтому повернулся за подтверждением к мадам Брайт.

— Он говорит правду?