Удовлетворённо выдохнула. Необъяснимые чувства. И чего так засуетилась?
Нужно будет спросить у дядьки Ансгара, что это такое и почему мне настолько сильно захотелось обладать этой вещью?
Остальные вещички были предназначены для бытового использования: десяток ложек суповых, три поварёшки с длинными ручками, пяток мисок и чаш всё из той самой сейки.
— Всё продадим, мама, — сказала я матери, как только она, расположившись напротив меня, приступила к ужину.
— Продадим, — не стала спорить она, с удовольствием принимаясь за похлёбку. — Ммм… как же вкусно! И как давно я не ела свежего, не копчёного мяса! Рада, что Анс жив-здоров и пришёл нас проведать.
— Мама, — проговорила я через пару минут молчания, стараясь правильно подобрать слова, — дядька Ансгар приходился братом моему отцу?
Женщина вскинула на меня свои большие тёмно-зелёные глаза и кивнула.
— Да, он был ему братом по отцу.
— Понятно, — вздохнула я и вернулась к своей порции.
— А что? — не выдержала Райла, сверля меня любопытным взором.
— Понимаешь, — промямлила я, но всё же решила прояснить этот вопрос, иначе не успокоюсь. Любопытство меня когда-нибудь сгубит. Уже раз сгубило: мне ведь было так интересно, смогу ли я заниматься паркуром и прыгать с крыши на крышу, как человек-паук. Допрыгалась. — Я заметила, как он на тебя смотрит. Мне показалось, что Ансгару ты очень нравишься… как женщина.
— Ох, Аруна! — всплеснула руками женщина, но было заметно, что и она об этом знает. Женское сердце не обманешь, мы такое чувствуем. — Даже если и так, как ты говоришь, то замуж он меня не позовёт. Потому что гордый и считает себя неполноценным орком.
— Из-за ноги?
— И из-за потери дара, — тихо ответила она, глядя на весело пляшущий в костре огонь.
— А он тебе нравится? — ляпнула я, не подумав.
— Аруна… — многозначительно и строго протянула она, — это не то, что нам следует обсуждать.
— Хорошо, — легко согласилась я, и сменила тему: — Мама, я хочу ходить вместе с тобой в лес. Я уже ненавижу эти корзины. Мне не хватает движения. Моя душа рвётся на свободу!
— Ох! — изумлённо воскликнула Райла, покачав головой, озвучила свои мысли: — и ты готова весь день вместо того, чтобы сидеть в безопасном месте, рисковать жизнью в лесу?
— Ну, так ведь ты и другие женщины это делаете каждый день! — нахмурилась я, явно ничего не понимая.
— А ты заметила, что ходят в основном одни и те же?
— Эм, — и замолчала, действительно, почему основная часть орчанок сидят у себя в шалашах, занимаясь рутинными делами, такими, как готовка еды, выделка кожи и пошив, штопанье одежды.