На ночь в бизнес-центре останавливали движение лифтов и блокировали все лестницы. Количество камер на них зашкаливало. На крыше круглосуточно дежурил вертолёт, готовый унести Ахмеда в случае поднятой тревоги. Но не это было самым плохим.
Уже завтра вечером главарь собирался покинуть страну на долгий срок. Билеты были куплены, нужно было лишь привести дела в порядок, чем ублюдок сегодня и занимался.
У меня оставалось меньше двадцати четырёх часов, чтобы достать его, иначе такая возможность могла исчезнуть на очень долгий срок.
[1]. Цугцванг — ситуация, при которой любое действие ведёт к ухудшению положения.
Уже давно в моей голове сидела одна идея, которая требовала выхода. И сейчас, когда выяснилась вся сложность предстоящей операции, я намеревался её реализовать.
Никогда не считал себя неуязвимым или неубиваемым. Есть масса способов расправиться со мной. Думать иначе — верный путь в могилу. Поэтому риски я оценивал весьма здраво. Шанс, что завтра не вернусь домой, имелся солидный.
Что самое ценное я принёс с собой из Ниаттиса?
Боевой опыт? Нет. На Земле сотни тысяч высококлассных воинов, строивших карьеру в самых опасных боевых точках.
Пространственный карман? Он не изменит жизни обычных людей.
Адамант? Ближе к истине, но всё равно мимо. Этот сплав не получится повторить в земных условиях. Даже я не до конца понимал, каким образом он формировался в Ниаттисе. С помощью магии, очевидно, но как именно?
Мои способности Арбитра? Ещё ближе к истине. Однако, чтобы применить их в правильной точке, нужно было приложить колоссальные усилия.
Нет. Самое ценное, что я имел в своём арсенале, была возможность исцелять людей. Ведь им по большому счёту плевать, человек с какой фамилией управляет страной. Какой там государственный строй и чьё лицо на купюрах. Если здоров ты сам и твои близкие, всё остальное можно наладить.
Из воспоминаний Горелого я вынес информацию о больнице, открытой с большой помпой и торжественностью на деньги Ахмедулина. Пиар-ход, призванный ещё сильнее укрепить его имидж. Современный онкоцентр для детей. Шесть этажей. Почти пятьсот коек.
Именно сюда я и направился, закончив допрашивать телохранителя. Ночь давно вступила в свои права. Движение машин стало редким. Стих городской шум. От бизнес-центра до больницы пешком было чуть больше получаса. Её специально построили поближе, чтобы главарь всегда мог заехать и сделать парочку глянцевых фото с больными детьми.
«Руслан Ринатович и главный врач обходят этажи». «Руслан Ринатович и наш самый молодой пациент Ванечка». «Руслан Ринатович осуждает нехватку средств, выделяемых государством на это важнейшее медицинское направление».